Галиб почти все время говорил по телефону и находился в стороне от других, и беспокойство стало нарастать.

Лишь когда прибыл специальный автобус для транспортировки инвалидов и забрал их, люди успокоились. Это, пожалуй, и было самым пугающим.

Хоан закрыл глаза и почувствовал себя гораздо более одиноким, чем когда-либо раньше в своей жизни. Даже когда он собирался броситься в воду, чтобы таким образом закончить свою жизнь, он был в большей гармонии с окружающим миром. Но теперь, когда ему предстояло стать дьявольским свидетелем предстоящего действа, он обратился к Господу впервые с тех пор, как был ребенком, и мысленно начертал крест. «Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь, – несколько раз мысленно произнес он и закончил троекратной молитвой: – Святая Мария, Матерь Божия, молись о нас, грешных, ныне и в час смерти нашей. Аминь», – и еще несколько раз мысленно перекрестился.

Через четверть часа Галиб сообщил, что они прибыли к Зоологическому саду и все должны быть наготове. Хоан устремил взгляд на туннель под железнодорожным путепроводом, который им предстояло проехать. На тротуаре вдоль стены рядами спали на грязных матрасах бездомные. Пластиковые пакеты и мусор окружали их, но Хоан им позавидовал. Он отдал бы правую руку, чтобы оказаться на их месте. Просто спать и бояться только ночного холода, думать только о том, где достать еды.

Какая роскошь самому располагать своим временем. Какая роскошь жить.

По другую сторону туннеля оказался вход в Зоологический сад с решеткой из кованого железа и гранитными львами. Хоан едва успел нарисовать в своем воображении жуткую расправу над радостными детьми и родителями, которую они собираются осуществить, как их автобус свернул за угол направо, проехал мимо автобусной остановки и замедлил ход у огромного остекленного здания, которое было, как он подумал, станцией электрички. Им теперь выходить? А иначе почему они здесь остановились?

Женщины в колясках перед ним тяжело дышали. Если бы он мог сказать им что-то, успокоить, проявив понимание и сочувствие.

В этот момент рядом с ними остановился старенький голубой микроавтобус «фольксваген», заднее боковое стекло которого было закрыто занавеской. Родители Хоана всегда мечтали о таком, они могли бы вместе с детьми ездить на нем за город, а когда-нибудь даже добраться до Франции. Но этому так и не суждено было осуществиться. На самом деле ничего из того, о чем они с сестрой в детстве мечтали, не осуществилось.

Тут занавеска «фольксвагена» немного отодвинулась. Галиб, сидевший сразу за шофером, приник к окну.