Подняв ведро, Берни медленно побрел к церковному бараку. Он злился и в то же время радовался, что легко отделался. Аранда был в настроении хорошенько взгреть кого-нибудь.

Берни передал священнику слова коменданта:

— Он собирается доложить о вас отцу Хайме.

— Аранда — сложный человек, — пожал плечами отец Эдуардо.

Берни собрался уходить.

— Погодите, — остановил его священник, не отрывая взгляда от окна. — Он возвращается к себе. — Отец Эдуардо повернулся к Берни. — Слушайте, я его знаю, теперь он будет сидеть и греться у печки в дальнем углу барака. Наберите воды и идите быстро, он вас не увидит.

— Зачем вы это делаете? — спросил Берни, прищурившись.

— Я видел, что ваш друг страдает от жажды, и захотел ему помочь. Вот и все.

— Тогда оставьте его в покое. Не омрачайте ему последние часы ради одного на миллион шанса, что он покается.

Священник не ответил. Берни молча заново наполнил ведро и ушел, не сказав больше ни слова. Сердце у него колотилось, когда он пересекал двор. Они с отцом Эдуардо оба спятили. Если Аранда увидит, что его ослушались, пощады не жди.

Днем священник пришел опять. Большинство обитателей барака из тех, у кого были силы, устав сидеть взаперти, пошли на двор пинать мяч, вроде как играли в футбол. Винсенте бредил, — похоже, он представлял, что находится у себя в кабинете в Мадриде, и все просил принести какую-то папку и закрыть окно. Его мучил жар, он весь покрылся потом, хотя в бараке стоял ледяной холод. Берни сидел рядом, то и дело вытирая лицо друга краем простыни. На противоположных нарах лежал Эстабло, курил и наблюдал за ними. Он теперь редко выходил на улицу.

Услышав за спиной шорох, Берни обернулся и увидел отца Эдуардо; наверное, вошел потихоньку.

— Он спит, — прошептал Берни. — Оставьте его, отец, он очень далеко отсюда.

Священник поставил на постель какую-то коробку.

«Ларец с елеем», — подумал Берни.

Сердце у него застучало, момент настал. Отец Эдуардо наклонился и прикоснулся ко лбу Винсенте. Адвокат поморщился и отвернул голову, потом медленно открыл глаза, сделал глубокий рокочущий вдох:

— Mierda. Опять ты.

Отец Эдуардо набрал в грудь воздуха и сказал:

— Думаю, ваш час близок. Вы погружались в забытье и в следующий раз можете из него не вернуться. Даже сейчас, сеньор Винсенте, Господь примет вас в жизнь вечную.