— Очень приятно познакомиться. — Он понял, что сказал глупость, нахмурился, но женщина встала, протянула через стол руку, представилась:

— Мария Васильевна. Очень приятно.

— Петр Алексеевич. Вас, Мария Васильевна, интересуют результаты розыска? Пока порадовать… — Исаков запнулся. — Нового ничего нет. Ищем преступника, найдем обязательно.

Федякина слушала напряженно, словно пытаясь понять незнакомый язык, когда Исаков замолчал, торопливо сказала:

— Это понятно, у вас работа. — Она крутила пуговицу кофточки.

Исакову ответить было нечего. Да, работа, которую сейчас он делает плохо. Федякина все крутила пуговицу кофточки, наконец оторвала ее, зажала в посиневшем от напряжения кулачке. Исаков отвел глаза, встретился взглядом с неподвижно сидевшим Виктором, открыл рот, еще не зная, что скажет, но Федякина опередила его. Она говорила извиняющимся тоном, боялась, что могут перебить:

— Я-то за костюмом Мишиным пришла. — Федякина стала быстро объяснять: — Мишин костюмчик забрали зачем-то, обещали вернуть. Синий, иностранный, на трех пуговицах пиджак, на брюках, вот тут, на коленке, штопочка. Мы этот костюм Мише к Новому году купили, он первого и порвал. На гвоздь налетел. Я заштопала, а так костюм новый совсем. — Она тяжело перевела дух, посмотрела на Исакова вопросительно.

Он понимающе кивнул, отодвинул телефон и позвонил в научно-технический отдел.

— Фролов? Здравствуй. Исаков говорит. Костюм Федякина у тебя?

— Штопочка на коленке, — подсказала Федякина.

— Хорошо, хорошо. Мы от этой экспертизы ничего не ждали. Потом поговорим. Ты будь другом, спустись ко мне. Здесь супруга покойника, я оформлю возврат. Спасибо, жду. — Исаков повернулся к Федякиной. — Сейчас принесут.

— Вот уж спасибо. — Федякина заулыбалась, лицо ее сразу помолодело. — Порядок у вас, Петр Алексеевич. Позвонили и пожалуйста. Порядок. Мне соседка наговорила: забудь про костюмчик, Машка. Милиция вещей не отдает. — Она говорила и говорила, боялась остановиться. — А у меня старшой подрастает. Через год ему как раз впору будет. Не напутает ваш приятель? Мишин принесет?

— Не напутает, Мария Васильевна. У нас порядок строгий, — с тяжелым вздохом ответил Исаков.

Сотрудник НТО принес костюм, оформил возврат. Штопочка была, костюм был. Миши не было. Руки женщины дрожали, она гладила материал. Исаков старался смотреть в окно. Федякина и сотрудник НТО ушли. Исаков сел за стол, а оказался прижатым в углу ринга. Удары чувствовал, а противника не видел. Не было противника.

— Мужа убили, а она о костюмчике беспокоится.

Исаков забыл про Виктора и сейчас никак не мог понять смысла сказанной фразы.