Ногейра отвернулся и бросил взгляд на дорогу. И, хотя лицо его было серьезным, когда он снова посмотрел на Мануэля, писатель был уверен, что лейтенант улыбнулся.

Из внутреннего кармана плаща тот достал конверт.

— Возвращаю документы, которые ты мне передал; я их изучил. Нам повезло, что Альваро сохранил чеки, — так мы сможем составить подробную карту его передвижений в последний день.

Ортигоса молча кивнул. Альваро предпочитал расплачиваться наличными, а не пользоваться картой. И этот факт, точно так же, как второй телефон и портативный навигатор, явно свидетельствовал о его желании не оставлять следов.

— Согласно распечаткам, твой муж звонил в монастырь в одиннадцать ноль две. А значит, уже через полчаса он мог до него добраться. У нас есть чек с автозаправочной станции в Сан-Шоане, на нем указано время — двенадцать тридцать пять. Альваро мог заехать туда на обратном пути. Жаль, что наше расследование неофициальное. Мы могли бы получить видеозаписи с камер наблюдения. Ведь прошла всего неделя… Возможно, кассир запомнил машину, такие здесь редко встречаются. И потом, основная масса его клиентов — местные жители, он обратил бы внимание на приезжего. Впрочем, это не доказывает, что твой муж был в монастыре. Если настоятель будет все отрицать, никаких доказательств мы привести не сможем. — Ногейра протянул конверт Мануэлю. — Здесь еще кое-какие документы. Они касаются винодельни и не имеют отношения к нашему расследованию. Возможно, управляющий их ищет…

Писатель достал бумаги, пробежал их глазами, засунул обратно и спросил:

— Зачем приору лгать?

Лейтенант некоторое время молча смотрел на Ортигосу, словно размышляя.

— Почему врет настоятель, его сестра, другие люди… Ты знаешь это не хуже меня. Иногда с помощью лжи пытаются скрыть преступление, иногда — получить помощь, а порой обманывают для того, чтобы какой-нибудь глупый или постыдный поступок не стал достоянием общественности. Но у нас достаточно оснований для подозрений: на машине Альваро остались следы белой краски, а на пикапе из монастыря есть вмятина на переднем левом крыле. Кроме того, прошло уже десять дней, а никто так и не поставил автомобиль в ремонт, и это тоже наводит на определенные мысли. И потом, эта странная история с племянником… Я не верю, что он украл деньги. Да, Антонио наркоман, а они все воруют. Оставлять у него на виду бумажник — все равно что дразнить быка красной тряпкой. Но факты говорят о том, что Альваро звонил и настоятелю, и его племяннику. И это позволяет предположить, что речь о чем-то настолько важном, что заставило Альваро первым делом направиться в монастырь, когда он неожиданно приехал сюда из Мадрида.