Нет, Мануэль не знал, сколько сотрудников работает в компании Альваро, и сомневался, что припомнит больше трех имен. И именно тем утром, роясь в записной книжке в поисках телефона агента, он понял, что был полным идиотом, который только и может, что пялиться на море. Свою часть мирских забот, выпадающих на долю всякого человека, он сгрузил на Альваро, и тот тащил двойную ношу, ограждая Мануэля от всего, будто тот был кем-то особенным. Гением, например. Или умственно отсталым.

У него не хватило решимости открыть книгу и прочитать собственное посвящение тому, кого он так любил. Но фотографию писатель захотел оставить перед глазами. Он положил роман на тумбочку и прислонил снимок к потертому переплету. Затем взял мобильный и набрал один из номеров, которые продиктовала ему Мей.

— Привет, Мануэль! Как ты? Я уже несколько дней пытаюсь связаться с Альваро.

Писатель улыбнулся, услышав голос своего агента. Анна была весьма энергичной дамой. Он мог бы сравнить ее с приятным ветерком, который, налетая, развеивал нерешительность, заражал энтузиазмом и стимулировал двигаться только вперед. Мануэль прекрасно понимал, что она предпочла бы иметь дело с Альваро. Ее хватка и решительность лучше сочетались с его уверенной манерой вести дела, чем с мягкостью и сдержанностью писателя.

— Анна, к сожалению, у меня печальные новости. На прошлой неделе Альваро попал в ДТП и погиб. Именно поэтому я тебе и не звонил. Мы оба не звонили.

— Господи!..

Прошло несколько секунд, и Ортигоса понял, что она плачет. Он ничего не говорил и, уставившись застывшим взглядом в одну точку, просто ждал, пока Анна справится с эмоциями. Затем последовали вопросы, от ответов на которые писатель уклонился, искренние соболезнования, которые он принял, и естественное желание быть полезной и помочь.

— Мануэль, ни о чем не волнуйся, я сразу же свяжусь с издателями. — Агент глубоко вздохнула. — Когда я в последний раз общалась с Альваро, он сказал, что ты почти закончил «Солнце Фив». Полагаю, ты в курсе, что роман хотели издать до Рождества. Но если тебе сейчас не до этого, можно перенести публикацию на январь или приурочить к Дню книги[29]. Работай в том темпе, в каком тебе удобно. Не торопись давать мне ответ прямо сейчас, спокойно все обдумай.

— Я продолжаю писать, — пробормотал Ортигоса.

— А, ну хорошо. Я не знаю, на каком ты был этапе, когда… У тебя есть силы творить? Может, стоит сделать перерыв? Как я уже сказала, срок публикации можно сдвинуть.

— Я работаю над новой книгой.

— Как над новой? — В Анне проснулся естественный инстинкт деловой женщины, и Мануэль почувствовал налетевший поток теплого ветра.