Было очевидно, что из-за столь пристального внимания к своей персоне малыш почувствовал себя неуютно. Он вырвался из объятий писателя и побежал в номер, выкрикивая на ходу:

— Дядя! Дядя просил, чтобы я так делал.

— Дядя Сантьяго велел тебе класть цветы мне в карман? — удивился Мануэль.

— Нет! — крикнул мальчик уже из комнаты. — Дядя Альваро.

Ортигоса словно прирос к месту. Он вспомнил, как Лукас рассказывал, что Самуэль играет с воображаемыми друзьями. Боже! Стараясь не выдать своей тревоги, он посмотрел на Элису, которая явно чувствовала себя неловко.

— Мануэль, прости, я не знаю, что и сказать…

— Не переживай, это все пустяки, — ответил писатель, беря ее за руку. — Я просто немного растерялся. Каждый день находил цветы и…

— Мне очень жаль. Вероятно, Самуэль видел, как это делал Альваро, и решил повторять за ним.

— Возможно, — уклончиво ответил Ортигоса.

* * *

Мануэль, Элиса и Самуэль ужинали в гостинице. Писателя забавляли проделки мальчика, который то и дело совал под стол куски еды для собаки, а еще ему было приятно находиться в компании молодой женщины. С момента приезда сюда она изменилась, словно, покинув Ас Грилейрас, сняла траурную вуаль и встряхнулась, перестав напоминать старую, пожелтевшую от времени фотографию. Элиса смеялась, болтала и в шутку ворчала на сына. Ортигоса еще никогда не видел ее такой живой и уверенной в себе.

Они рассмеялись над очередной выходкой Самуэля, и в тот момент писатель четко ощутил поселившиеся в сердце любовь и страх, что он больше никогда не увидит мать и сына, которые заняли важное место в его жизни. Мануэль улыбнулся. Голос Элисы вывел его из задумчивости:

— Я позвонила брату. Помнишь, я тебе рассказывала? Он женат, у него две дочки.

— Самуэль меня просветил. Похоже, сестры ему понравились.

— Да. — Элиса улыбнулась. — Так ужасно, что мы все это время не общались… Еще одна ошибка из длинного списка. — Очевидно, что теперь она смотрела на свою жизнь по-новому. — Мы долго говорили. Думаю, наши отношения наладятся. — Она протянула руку и накрыла ею ладонь Ортигосы. — Ты нам очень помог. Если б не твоя поддержка, у меня не хватило бы решимости уехать из поместья.

Писатель покачал головой:

— Все мы сильнее, чем думаем. Ты сделала первый шаг. Тебе выплачивают содержание, этого хватит на жизнь.

— Дело не в деньгах, Мануэль. Отчасти я не покидала имение из-за Франа, а еще из-за его родных. Не знаю, поймешь ли ты меня… Жизнь в Ас Грилейрас течет размеренно, и мне было приятно ощущать себя одной из них, хотя я прекрасно понимаю, что меня терпели только из-за сына. — Элиса посмотрела на Самуэля, игравшего с собакой. Писатель сразу же вспомнил о Катарине, которая обожала мальчика, но недолюбливала его мать. Молодая женщина продолжала: — Но есть в этой семье нечто одновременно и завораживающее, и пугающее. Жизнь в поместье идет своим чередом, без сюрпризов, меня это устраивало. По крайней мере, какое-то время.