— Еще один момент, — добавила Офелия. — Мне сообщили об этом только что. У Антонио с собой был мобильный телефон. Он разрядился, намок и пострадал от разложения трупа, но нам удалось его восстановить. В журнале куча пропущенных вызовов. Три от его друга Ричи, пятнадцать от тети и более двухсот от Сантьяго. А еще полные отчаяния голосовые сообщения. Батарея села окончательно именно из-за настойчивых звонков маркиза. Завтра утром его будут допрашивать.

Поручение

Поручение

Стоя у двери в ванную, Элиса наблюдала за сыном. Он сидел на кровати, скрестив ноги, и не отрывал взгляда от телевизора, по которому шли мультики. Попрощавшись с Мануэлем, Элиса вернулась в свой номер, и с этого момента мальчик вел себя странно. Если вчера, едва войдя в комнату, он скинул кроссовки и принялся скакать на кровати, то сейчас был притихшим и молчаливым. Более того, спросил, где телефон. Элиса ответила, что мобильник, как обычно, у нее в кармане. «Нет, — сказал мальчик. — Не этот, другой». Ей даже не приходило в голову, что в их номере установлен стационарный аппарат. Но еще больше она удивилась, когда малыш потребовал проверить, работает ли он. Элиса подняла трубку, и раздался сигнал, но ей пришлось дать послушать и сыну, чтобы он сам убедился в этом. Девушка подумала, что Самуэлю, наверное, неуютно в непривычной обстановке, опустилась перед ним на колени и спросила:

— Ты хочешь кому-нибудь позвонить? Соскучился по Эрминии? Мне набрать номер поместья?

Мальчик очень серьезно посмотрел на мать, потом вытянул руку и нежно погладил ее по волосам с таким выражением на лице, которого Элиса прежде не видела. Словно они поменялись ролями и это она стала маленькой, а Самуэль был полон решимости терпеливо защищать ее от того, к чему она не готова и не способна понять.

— Я жду, когда позвонит дядя.

— Он обещал тебе набрать? Сейчас уже поздно; наверное, он собирался сделать это завтра… — возразила девушка.

Малыш продолжал ласково водить ручкой по ее голове.

— Он дал мне поручение, мама.

— Поручение? И какое же?

— Дядя дал мне поручение. И я не могу лечь спать, пока его не выполню.

Сбитая с толку Элиса улыбнулась, пытаясь взять себя в руки и понять, чем вызвано такое поведение сына. Сначала гардении в карманах одежды Мануэля, теперь вот это…

— Но сейчас уже очень поздно. Тебе пора в постель.

Малыш помотал головой с каким-то новым, взрослым выражением на лице, словно говоря: «Ничего-то ты не понимаешь». Он скинул кроссовки и сидел на кровати, не сводя глаз с экрана телевизора. Элиса пошла в ванную. Она делала вид, что смывает макияж и чистит зубы, а сама наблюдала за Самуэлем, стоя в дверях, отмечая изменения в поведении мальчика, новое для нее выражение его лица. Элиса видела, что сын, как обычно, смеется над приключениями Губки Боба, и подумала, что, может быть, он откажется от идеи дождаться звонка дяди и в конце концов его сморит сон. Мальчик уже периодически зевал и наконец закрыл глаза. День выдался тяжелым и полным эмоций: малыш теперь жил в гостинице, познакомился с двоюродными сестрами и ни минуты не просидел спокойно. Конечно, он очень устал…