– Каждый из нас способен на многое, но ему вряд ли поможете, – ответил Мацук. – Конечно, если вы сумеете снова удивить меня, совершив какой-то странный, нелогичный поступок, который пойдет вразрез со здравым смыслом, то возможно все. Но это как раз то, от чего я пытаюсь вас предостеречь. Всего доброго. – И он дал отбой.

Прощаясь, отец Федор пожал сыщикам руки, но потом, все-таки решившись, перекрестил:

– Помогай Бог. Простите, если что не так. Прощайте.

– Не надо, отец, – попросил Гуров. – Мы еще обязательно увидимся.

– Я прослежу, – пообещал Крячко. – Ну что, Бэлочка, едем?

Глава 7. Неучтенные закономерности

Глава 7. Неучтенные закономерности

– Спасибо, конечно, что ты дал мне уникальную возможность бездарно просвистеть отгулы, – сказал Станислав уже в самолете, – и даже искупаться не позволил. Зачем потащил меня с собой? Чтобы скучно не было?

– Ну ты даешь, господин полковник, – искреннее удивился Лев Иванович. – Вот я, вот полная сумка наличного бабла, как, по-твоему, зачем мне нужен верный, преданный друг? А вдруг сумку отберут да морду набьют?

– А может, за репутацию свою опасаешься? – ухмыльнулся Крячко. – С таким-то адвокатом в друзьях. Редкий брильянт.

– Но-но, старый греховодник. Смотри, до жениха дойдет, там знаешь, какой он зверь.

– Ладно. Что тебе Мацук-то сказал?

– А ничего нового, все по классике: бросайте это дело, иначе – ух и черная метка.

– Ничего нового никак не придумают под солнцем, – заметил Станислав и, сладко потянувшись, вскоре заснул.

Гуров же думал, думал, думал. Заснуть он боялся, не хотел больше видеть ярких черно-красных снов.

В аэропорту «Шереметьево» их уже ждал «Мерседес» Нассонова, за рулем которого сидела уже знакомая Гурову «жертва» в неизменном белом спортивном костюме. Парня, как выяснилось, звали Зауром. Сам Аслан присутствовал тут же, почивал на заднем сиденье, распространяя ароматы уже не французских вин, а калининградского коньяка.

– Он вообще просыхает когда-нибудь? – недовольно спросил Гуров.

– Редко, – кратко ответил Заур. – Он просил вас сразу на Сретенку везти. Теперь как, поедете или нет? А то не знаю, проснется ли.

– Куда он денется, – проворчал Стас. – Поехали на твою Сретенку.

Пока выбирались со стоянки, Крячко перешел к операции «Реанимация». Первым делом надрал бесчувственному телу уши. Потом заставил вдыхать ядовитый нашатырь, потом, разжившись в баре бутылкой ледяной минералки, щедро накапал в нее того же волшебного препарата. И после нескольких неудачных попыток убедить выпить раздобыл в том же мини-баре воронку и просто влил жидкость в Нассонова.