Я внимательно, сантиметр за сантиметром, обследовал дом, заглядывая в каждую щель, прислушиваясь к каждому звуку. Нет, никаких следов недавнего пребывания людей здесь не было. Я вышел на улицу. Итак, Сашин след потерян. Но куда Францев увёз его? В мозгу тревожно шевельнулась мысль о том, что теперь, когда молодой человек стал главным подозреваемым в деле, преступнику он живым не нужен… Нет, напрасна была поездка сюда, зря я с самого начала не обратился к Ястребцову! Полиция успела бы раскинуть сети, и если не спасла бы Сашу, то хоть его убийца не ушёл бы от наказания…

– Игорь, идите сюда! – прервал мои размышления встревоженный крик Иннокентия. – Тут кто-то шевелится!

Голос раздавался с противоположной стороны двора. Через несколько секунд я уже стоял возле покосившегося дровяного сарайчика. Иннокентий, взмокший и растрёпанный, кряхтел у двери, пытаясь при помощи гнилого полена, подобранного на дворе, сбить ржавый замок.

– Вот, послушайте! – оглянулся он на меня. – Я подошёл и чувствую – кто-то возится. Постучал, а там сдавленный голос на помощь зовёт!

Навалившись на дверь, мы без труда сняли её с петель и отбросили в сторону. В глубине сарайчика, на жидкой соломенной подстилке, связанный по рукам и ногам, копошился Саша. Достав из кармана перочинный ножик, Иннокентий, молниеносно освободил друга от пут. Встав на ноги, молодой человек с отвращением выплюнул тряпичный кляп и, с тревогой оглядев нас, потребовал: «Где он?»

– Кто, Борис?

– Да! Где?

– Мы сами не знаем, – как можно спокойнее пояснил я. – Ты сам-то как себя чувствуешь?

– Ничего, нормально, – с досадой отмахнулся молодой человек, но едва сделав шаг, не удержался на ногах и рухнул на сырой, в клочьях гнилой соломы, земляной пол. – Чёрт, нога затекла, – зло констатировал он, потирая ушибленное при падении плечо. И, оглядев нас взволнованным взглядом, лихорадочно зачастил: – Надо скорее, скорее ехать спасать Соню! Она в опасности, он – ищет её! Она свидетель, и…

– Саш, Сонька с нами, в деревне ждёт, – попытался успокоить Иннокентий.

Но молодого человека эта новость привела в ужас.

– Как – в деревне? Здесь?! И вы оставили её одну! – вспыхнул он.

– Да, тут недалеко, метров триста.

– Пойдёмте, пойдёмте скорее! – снова заторопил Саша, вставая. На этот раз держаться на ногах у парня получилось, но чувствовалось, что каждый шаг даётся ему с трудом. Мы с Иннокентием помогали ему идти, поддерживая под руки. Не без труда перетащив обессиленного пленника через забор, ступили на дорожку, ведущую к деревне. На ярко-синем фоне полуденного неба отчётливо рисовался тонкий силуэт девушки, стоящей на высоком пригорке.