– К тому же неизвестно, с чем тебе придётся столкнуться в этих отношениях, – загадочно проговорила Аполлинария.

– Что ты имеешь в виду?

– Спальню, моя дорогая, – усмехнулась тётка, – брачное ложе.

– Но он так стар! – удивилась Снежана.

– И старше его бывают старички ещё о-го-го.

– Скажешь тоже, – отмахнулась племянница. В тот момент ничто не могло омрачить её радостного виденья своего будущего. Ей нужен был муж старый и богатый, и она вышла за Дарского. В том, что произошла осечка, Снежана осознала, когда поняла, что Дарский страстен, как юноша. Хуже всего было то, что он не даст ей развода! Он не отпустит её так легко, как отпустил тётю Павловский. Нужно было найти выход из этой ситуации. И она нашла его…

* * *

Как и предвидела Мирослава, Шуру следовало задобрить, так как по одному виду приехавшего Наполеонова было видно, что на душе у него буря.

– Ты была права, – хмуро бросил он, едва войдя в дом.

– В чём?

– Не прикидывайся. – Шура махнул рукой. – Мне не до шарад.

– Шура, у меня было не одно предложение, и я не знаю, какое из них подтвердилось.

– Короче, это Снежана.

– Он узнал её.

– Да, по фотомонтажу, но это не доказательство.

– Естественно, опознание придётся проводить в реальности.

– На каком основании?

– Давайте сначала поужинаем, а потом поговорим.

– Хорошо, – согласился Наполеонов без обычного энтузиазма. Но когда увидел накрытый стол, то заметно повеселел.

После ужина пили чай. Мирослава не торопилась начинать разговор, и Шура её не торопил, так как и сам чувствовал потребность дать устояться эмоциям внутри себя, прежде чем снова кинуться в запутанные перипетии расследования.