И этот источник света находится снаружи.

Ее внимание вдруг привлекли обочины тропы. Вдоль них рядами были выстроены какие-то предметы – все одинакового размера и продолговатой формы. Их были сотни, а может, и тысячи, по обеим сторонам от нее.

Элспет присмотрелась повнимательнее и поняла, что это такое. Кукольные гробики из Артурова Трона. Те самые. Стало быть, осенило Элспет, пещера, по которой ее ведет незнакомец, находится внутри холма, что в свою очередь означает: свет где-то рядом, она близка к свободе, бегство, возможно.

Но ее поражали и тревожили масштабы всего вокруг: пещера была слишком большой, кукольных гробов было слишком много. Она помнила рассказ, услышанный от матери в те времена, когда мать была жива и еще здорова, а сама Элспет пешком под стол ходила. Мать отвела их с братом на пикник в Холирудский парк, на склон холма Артуров Трон. Теперь было больно вспоминать о том ослепительно-солнечном летнем дне своего детства, когда мать рассказывала им с Джозефом легенды о рыцарях короля Артура. Она говорила о временах до прихода скоттов на земли, которые сейчас носят имя этого народа, о Гододдине и валлийском Древнем Севере[66], когда Камелот стоял на холме Артуров Трон и король Артур возглавлял своих рыцарей – бриттов и пиктов. В то ясное, сияющее лето детства Элспет всякий раз охватывал трепет при мысли о том, что Артур спит в одной из потаенных пещер под Солсберийскими скалами, а может, даже под Артуровым Троном.

Тогда же мать рассказала им и о кукольных гробах. В 30-х годах XIX века компания мальчишек охотилась на кроликов на склонах Артурова Трона, и в поисках кроличьих нор они наткнулись на вход в пещеру. Внутри аккуратными рядами стояли миниатюрные гробы – все имели не более четырех дюймов в длину и были искусно выточены из дерева. В каждом гробике лежала не менее искусно выполненная фигурка человека в миниатюрной одежде, сшитой в точности как настоящая. Черты лица и наряды у всех фигурок были разные.

Это открытие вызвало целый шквал пересудов и гипотез, одна мрачнее другой, касательно происхождения и назначения фигурок. Большинство сходились во мнении, что куклы предназначены для обрядов черной магии и являются делом рук ведьм, устраивающих шабаши в Эдинбурге. Другая версия гласила, что это вырезанные из лещины скульптурные портреты членов тайного общества, некой эдинбургской темной гильдии колдунов, и нужны они для того, чтобы обеспечить им бессмертие – в каждую фигурку якобы заключена и похоронена смерть ее живой копии. А кто-то считал кукольные гробы творением люспарданов – подземного народа гномов, которых ирландцы именуют лепреконами. Как и их ирландские сородичи, люспарданы в древних шотландских легендах имели дурную славу – их наделяли необычайной злокозненностью и мстительностью. Многие тогда испугались, что кража волшебных артефактов из кельтского подземного иномирья навлечет ужасные беды на столицу Шотландии.