– Да, – ответила Хацуэ, – вопрос понятен.

Она и сама спрашивала Кабуо, согласятся ли эти люди продать землю, которую прежде украли? Кабуо ответил, что мать и сын совсем разные люди и на этот раз все зависит от Карла, его мать тут ни при чем. А Карл когда-то был его другом. И поступит по справедливости.

– Миссис Миямото, – продолжал Нельс, – ваш муж говорил с Карлом Хайнэ в четверг днем, девятого сентября. Ровно через неделю, шестнадцатого сентября, Карла Хайнэ нашли мертвым в собственных сетях в заливе Белые Пески. Между двумя этими событиями, разговором и смертью, прошла неделя – шесть дней и семь ночей. Без малого неделя. У меня к вам такой вопрос: что произошло за ту неделю? Обсуждал ли муж разговор с Карлом Хайнэ? Говорил ли вообще насчет покупки земли?

Дело в том, объяснила Хацуэ, что Кабуо считал: он сделал все, что от него зависело. И теперь очередь за Карлом, теперь Карл должен сделать шаг навстречу. Именно Карлу предстояло обдумать предложение. Именно Карл должен был решить, стоит ему или не стоит восстанавливать справедливость. Отвечает он или не отвечает за поступок матери? Считает ли себя обязанным что-то предпринять? К тому же, сказал тогда Кабуо, не годится надоедать Карлу. Не стоит показывать свою зависимость или слабость, не стоит унижать себя суетливостью. В таком деле лучше проявить терпение. Так что он подождет. Подождет с неделю, а там видно будет.

Утром шестнадцатого числа, когда она поставила кипятить воду для чая, Кабуо ввалился в кухню, как был, в резиновых сапогах и робе, и с порога выложил ей, как повстречался в море с Карлом, помог тому с аккумулятором и между ними завязался разговор. Как они ударили по рукам насчет этих самых семи акров. Восемь тысяч четыреста долларов. Восемьсот задатка. И земля снова его, после стольких лет.

Однако позже, в час дня, Джессика Портер, продавщица в лавке Петерсена, рассказала Хацуэ об ужасном несчастье – Карл Хайнэ утонул. Его нашли мертвым в заливе Белые Пески – рыбак запутался в собственных сетях.

Глава 26

Глава 26

Настал черед Элвина Хукса допрашивать свидетеля. Обвинитель принял непринужденную позу, облокотившись о край стола и скрестив ноги в начищенных до блеска туфлях. Сложив перед собой руки, он склонил голову вправо и посмотрел на Миямото Хацуэ изучающим взглядом.

– Вы знаете, – начал он, – то, что я слышал, очень любопытно. Особенно то, что касается событий утра шестнадцатого числа. Как вы поставили кипятить воду для чая… как ваш муж ворвался в дом в ужасно возбужденном состоянии… как поведал вам о разговоре с Карлом Хайнэ, о том, что они договорились… Все это кажется мне весьма и весьма любопытным.