Хлебникова Иван собирался навестить завтра, Лиля (Елисеев снова действовал как глава розыска, распределяя роли) в это же время попробует дожать Марченко. Тогда всё встанет на свои места.

Елисеев ни в чём не убеждал Шалимова, просто вводил в курс дела, ставшего их общим. И уже неважно, кто кого о чём просил. Им бы уже попрощаться, но лежащий на столике сотовый Артёма завибрировал. Экран загорелся. Иван вздрогнул, увидев, с кем изображён на фото его новый товарищ.

Это Майя Кривицкая. Из общества вольнодумцев. Как? Почему?

– Извините мою неделикатность. А с кем это вы на фотографии, что на экране вашего телефона?

– Почему спрашиваете? Это близкий мне человек.

– Тогда нам надо об этом поговорить.

Вскоре Елисеев получил нового союзника. Он быстро выяснил, что Артём – директор той библиотеки, где планируется операция. Они вместе спасут Майю и других ребят от беспредела Родионова.

Шалимов – бесценный человек.

* * *

Андрей Геласимов выступал так, что Вольф не мог оторваться от его речи, как не могут оторваться от лихо закрученного триллера. Он рассказывал о своих наблюдениях за одним своим студентом, вернувшимся после Чечни, о том, как он эти наблюдения потом использовал в работе над романом, и всё это было так увлекательно, так логично и складно, что Вольф поразился: а ведь писать книги не так уж и сложно! Если бы об этой догадке молодого человека узнал Геласимов, наверное, подумал бы, а не это ли цель любой лекции по литературному мастерству?

Лиза пока не искала его, поэтому он без сомнения согласился на предложение Карасёва пойти в ближайший бар выпить пивка. Заведение не из разряда дорогих, и публика собиралась в нём соответствующая. Студенты, маргиналы, просто пьяницы.

Их кружок состоял из двух девушек и трёх мальчиков, считая его самого. Пиво быстро развязало языки. Все участники застолья что-то писали, у всех имелись маленькие книжечки. Вольф собирался спросить, известен ли им папа Лизы, но постеснялся. Вдруг он им не нравится? Эти люди – первые писатели, с которым он общается вот так запросто. Почему только теперь? Вот ведь они знакомы друг с другом давно, ездят на какие-то фестивали, вместе ходят выпивать, а он? Ведь он же захаживал в Петербурге на книжные презентации, но никогда ни с кем там так и не сумел подружиться. Хорошо, что он взял с собой ноутбук. Теперь он будет посвящать творчеству каждую свободную минуту.

В начале пивного застолья ребята не очень на него реагировали, но потом, разгорячившись, принялись расспрашивать, кто он, откуда, как ему Геласимов? На первые вопросы особенно отвечать было нечего, а про Геласимова он говорил с жаром, хоть прежде и не читал его, только слышал о нём. Разговор становился для Вольфа всё интереснее и интереснее, он кое-что читал в своей жизни и имел о прочитанном своё мнение, которым и принялся делиться с товарищами по случайной гулянке. Карасёв даже присвистнул, когда его фейсбучный друг заявил, что, по его мнению, русская поэзия не пошла по пути Пушкина, а подлинное начало ей дал именно Державин, и дальше через Лермонтова к Тютчеву и Мандельштаму она вылилась в то, во что вылилась.