– Тогда включай все свое обаяние!

– Прям все? – посмотрел настороженно. – Она меня расстреляет.

– Непременно… – Она рассмеялась. – Но ты умрешь, зная, что сделал все возможное.

Крыж отмахнулся:

– Да ну тебя. Я с ней серьезно. А она ржет.

Дверь за спиной прошелестела, в комнату стремительно зашел Ираль. Заметил, как Наталья и Крыж смеются, остановился в нерешительности на пороге. Наталья обернулась к нему, поманила к себе.

– Все. Зови Данди к монитору. И это… Натка… Уйди куда-нибудь или уши не грей… Нам с Иралем по-пацански потрещать надо. Не подслушивай.

Наташка закатила глаза к потолку, отошла подальше – уйти из комнаты Ираль все равно не позволит, а после предупреждения Теона, она и сама не пойдет.

Крыж выдохнул, посмотрел на часы – Пауков заберет канал максимум через четыре минуты. После того, как Тим сказал про публичный брак, новость о котором облетела все галактические СМИ, он не находил себе места. И пока подсказанный Сабо код внедрялся в базу, активировал их секретный канал, чтобы переговорить с Иралем.

Опустевший экран темнел в его каюте. Айтишник улыбался. Почему-то стало легко. Как перед Новым годом, когда удачно упаковал сестрам подарки и успел сунуть под ёлку, пока они отвернулись.

По монитору скользнула тень, показалась затянутая в темную ткань рука, а следом – и сам клириканец.

– Приветствую.

– Здорово, Данди. Натка намекнула, хреново у вас все? – спросил без предисловий.

Клириканец поморщился, как от зубной боли.

– По-разному… Нужно решение Совета родов. Часть его членов намерена игнорировать заседание, возможно, не будет кворума. Я тогда не смогу вступить в права до следующего заседания. – Он с усилием подбирал слова, явно чтобы не сболтнуть лишнего. – Сильное сопротивление.

Крыж шумно выдохнул: не так он представлял этот разговор. Сложенные в голове ладные фразы, улетучились, оставив вместо себя сумбур и фарш из ничего не значащих фраз. Время поджимало – уже мелькнуло требование Паука, чтобы срочно освободил канал.

– Мы с тобой едва не поссорились из-за Натки, – Крыж решил начать с главного. Ираль нахмурился. – Я тебе сказал, что она моя девушка.

– Эй, Крыж, не надо этого разговора, – клириканец смотрел строго. – Я помню об этом каждый день. И…

Крыж не позволил ему договорить:

– Я полюбил другую.