— Не забивайте себе лишними заботами голову, мой друг. Если у вас действительно возникнет нужда в чем-либо подобном, скажите мне, и я постараюсь вам помочь.

Все это вспоминалось сейчас Стиву, сидящему в клубном спортзале в первом ряду галереи для зрителей. Весь последний год — год надежд, год ожиданий — промелькнул в его памяти, как один миг. Он то вспоминал Пат в их последнюю ночь перед проклятым уик-эндом. Пат, такую родную, близкую и уже такую отстранившуюся от него; то вспоминал брюзгливое лицо Дейва Стентона — оплывшее, с вечно дымящейся трубкой во рту. Неожиданно в памяти всплыло аскетическое лицо Брета Гартфилда с запавшими щеками и внимательными серыми глазами под тяжелыми веками.

"Надо поговорить с ним", — созрело мгновенное решение.

Гартфилд оказался в большом зале библиотеки клуба, где, сидя за низким журнальным столиком, внимательно рассматривал роскошно изданный последний каталог Сотби.

После обмена приветствиями и замечаниями о затянувшейся скверной погоде Стив предложил спуститься в бар выпить по коктейлю.

— К тому же у меня к вам небольшой разговор, Брет, — как можно небрежнее добавил он. Гартфилд, не вставая с кресла, с насмешливым любопытством посмотрел на Стива снизу вверх.

— Вы сегодня необычно выглядите — что-нибудь случилось? — поинтересовался он.

— Да нет, насколько я знаю, ничего не случилось, — с деланным равнодушием протянул Стив. — Просто хотел с вами поговорить и угостить коктейлем:

Гартфилд продолжал с любопытством изучать его лицо, потом сказал:

— Во-первых, вы не пьете и я это знаю; во-вторых, я слишком ценю свое время и. свободу, чтобы разговаривать о серьезных делах в баре, а у нас с вами, чувствую, намечается серьезный разговор. На сколько он потянет? — Он улыбнулся, но глаза оставались холодными, изучающими.

— Ну-у, — задумчиво протянул Стив, — наш разговор мог бы потянуть на двадцать тысяч монет или… на электрический стул. — Он осклабился, изображая улыбку — Тоже шутка, конечно.

Брет Гартфлд встал и аккуратно положил каталог на стол:

— Ну что ж, раз уж мы оба настроились на шутливый лад, то лучше всего продолжать разговор у меня в машине. Они спустились на первый этаж и через черный ход вышли к стоянке. Гартфилд отпер дверцу, указал Стиву на заднее сиденье и уселся за руль. Ехали тоже молча, петляя по улицам, наконец, остановились в каком-то неосвещенном переулке.

— Я вас слушаю, — сказал Гартфилд, и Стив поежился от каких-то новых интонаций в его голосе. Он никак не мог решиться перейти к разговору и попробовал продолжить шутливый тон.