— Что это было — землетрясение или всего лишь авиакатастрофа? — вяло пошутил Стив, поворачиваясь к своему противнику. Тот уже снимал кимоно и аккуратно складывал его в свой шкафчик.

— Ну и напугали вы меня, — сказал он. — Я уж думал, что мне придется отвечать за непредумышленное убийство.

Как ваша голова, мистер Лендис?

— Зовите меня просто Стив.

— Брет, — протянул руку Гартфилд.

Они пожали друг другу руки. Стив отметил, что кисть у Гартфилда узкая с длинными пальцами, и только жесткие, почти ороговевшие мозоли на ладонях и суставах выдавали, что ее владелец много занимается спортом.

— Да, — морщась, проговорил Стив, осторожно трогая раскалывающийся от боли висок. — Еще немного, и вам пришлось бы давать объяснения патологоанатому. На чем это вы меня поймали?

— Обыкновенная вертушка, или маваши-гери. Он довольно сложен для проведения, но очень эффективен при такой стремительной атаке, как ваша, когда противник наносит удар всем корпусом и из-за этого блок становится малоэффективным. А при проведении маваши-гери вы уклоняетесь от удара правой прямой противника влево, одновременно резко поворачиваетесь на правой ноге против часовой стрелки, спиной к противнику, и наносите ему левой пяткой удар в висок. В левый висок, как видите. Удар этот, если его правильно выполнять, очень силен и труден для отражения. От него можно было бы только уклониться, но этого-то противник, падающий всем корпусом в атаку, сделать как раз и не может. А вы, что, раньше занимались боксом?

— Да, и был даже однажды финалистом первенства университета.

— Вот это и мешает вам в каратэ. Вы еще кое-как помните про свои ноги, что ими можно атаковать, но совершенно забываете про ноги противника. Где вы учились, мистер Лендис?

— Я же просил звать меня Стивом.

— Да, да, конечно, где вы учились, Стив?

— В Гарварде.

— Надо же, я тоже, выпуск 71-го года.

— А я закончил всего четыре года назад. Как это мы с вами раньше не познакомились?

— Нас как-то представляли друг другу, но дальше этого дело не пошло.

— Да, помню. Это было осенью. А что, мистер Гартфилд…

— Стив, мы же договорились.

Да, простите, Брет. А скажите честно, испугались вы, когда подумали, что убили человека?

— А я и скрывать не буду — испугался. Ведь убивать не страшно, когда делаешь это с определенной, хорошо продуманной целью и убиваешь конкретного, заранее намеченного человека строго индивидуальным, наиболее соответствующим данной ситуации способом. Тогда это не убийство, а деловое предприятие, и страх здесь не должен и не может иметь место. Другое дело — убить случайного человека, к тому же совершенно не имея такого намерения, — тут действительно можно испугаться. Поневоле увидишь в этом руку судьбы.