– Но я же…

– Довольно, Гарда!.. Удивлена, что никто из вас не плачет. Я не в силах читать эту записку без слез. Мне показалось, все вы вправе узнать ее содержание, но не сомневаюсь, вы согласитесь, что оно не должно стать всеобщим достоянием, особенно упоминание Доры. Это… глубоко личное. Пойдем дальше… Список, Уэллс? – (Секретарь извлек из папки еще один лист бумаги.) – Так выглядит список тех, кто сделал взнос в общий фонд, позволивший нам приобрести скрипку:

Лоутон Моубрей        1500 долларов

Текумсе Фокс            2000 долларов

Геба Хит                   2500 долларов

Адольф Кох              10 000 долларов

Ирен Данэм-Помфрет 20 000 долларов

Что в общей сумме составляет тридцать шесть тысяч долларов, и, как вам хорошо известно, нам еще очень повезло столь дешево заполучить Страдивари из собрания Оксмана.

– Я не очень понимаю… – начал было Адольф Кох.

– Прошу вас, мистер Кох. Когда я закончу… Не все из присутствующих жертвовали средства в этот фонд. Дору я пригласила, потому что она упоминается в записке, а также с той целью, чтобы она представляла интересы своего отца. Если после обсуждения мы сочтем нужным продать скрипку… Не сомневаюсь, нам легко удастся выручить за нее потраченную сумму… Когда мы вернем жертвователям все потраченные средства, полторы тысячи станут большим подспорьем именно для Доры, слишком гордой и легкомысленной, чтобы принимать денежную помощь даже от друзей. Гарду я пригласила, потому что она сестра Яна. Феликса – потому что он был его учителем. Диего – потому что он дружил с Яном и привлек мистера Фокса. Мистер Гилл явился в качестве представителя мисс Хит, которая передавала, что не сможет присутствовать, но, по-видимому, передумала.

– Да, у меня была срочная встреча с важными…

– Я все понимаю, мисс Хит. – В голосе миссис Помфрет неожиданно появилась кислая нотка. – Есть несколько вещей, которые мне хотелось бы вам сказать, но это невозможно, пока вы в моем доме. Посоветую лишь… Для меня станет большим облегчением, если свою часть дискуссии вы уступите мистеру Гиллу. Тем не менее, прежде чем мы развернем эту дискуссию, я должна сообщить вам всем об удивительной…

– Какие могут быть дискуссии? – не выдержал Адольф Кох. – Что тут обсуждать? Если вы о скрипке, то какой смысл в разговорах, пока нам неизвестно, где она теперь?

– Но мы уже знаем это. Скрипка здесь, у меня. Ее доставили сегодня утром. Посылка была отправлена на мое имя.

Все уставились на нее, за исключением Текумсе Фокса. Он оглядел всех присутствующих, чьи лица выражали разную степень удивления, интереса и потрясения таким неожиданным поворотом. Сидящая напротив Геба Хит, театрально прижав к губам тыльную сторону ладони, смотрела на хозяйку дома широко открытыми, полными недоверия глазами.