– Понятно. Значит, вопрос о «Титулус региус» снимается с повестки дня. Ричард получил корону, как и говорилось в акте, а все описание Мора – ерунда. Никакой Елизаветы Люси в деле не было.

– Люси? Что еще за Елизавета Люси?

– Ах, совсем забыл, вы же не в курсе! Согласно достопочтенному Мору, Ричард утверждал, будто Эдуард состоял в законном браке с одной из своих любовниц, некой Елизаветой Люси.

При упоминании о Море на лице молодого Кэррэдайна отразилось уже привычное отвращение.

– Что за чепуха!

– Святой Мор это самодовольно подчеркнул.

– Почему они хотели скрыть Элеонору Батлер?! – воскликнул Кэррэдайн, быстро ухватив суть дела.

– Потому что она и впрямь была замужем за Эдуардом, и его дети от Елизаветы Вудвилл и в самом деле являлись незаконнорожденными. А раз так, то никто не стал бы восставать в их поддержку, и они не представляли опасности для Ричарда. Вы заметили, что вудвиллско-ланкастерское вторжение совершалось в поддержку Генриха, а не принцев, хотя Дорсет был их братом по матери? И это было еще до того, как слухи об их исчезновении могли достичь его ушей. Для главарей восстания – Дорсета, Мортона и других – мальчики не представляли интереса. Они поддерживали Генриха. Таким образом Дорсет имел бы шурина на английском престоле, а королевой стала бы его сводная сестра. Такое положение вполне устроило бы нищего изгнанника.

– Верно. Что ж, вполне логично, что Дорсет не стал бы сражаться ради того, чтобы посадить на трон своего сводного брата. Он поддержал бы его, лишь если бы был уверен, что вся Англия станет на сторону мальчика. Расскажу об еще одной интересной детали, которую я обнаружил. Королева с дочерьми покинула монастырское убежище весьма скоро. Более того, она зажила, словно ничего не случилось. Ее дочери посещали празднества во дворе. И вы знаете, в чем вся соль?

– Да?

– Это произошло после того, как принцы были якобы убиты. Да! И я скажу вам кое-что еще. В то время как двух ее сыновей «прикончил» дядюшка-злодей, она пишет своему другому сыну во Францию, Дорсету, и приглашает его вернуться домой и помириться с Ричардом, который настроен к нему вполне миролюбиво.

Наступило молчание.

Сегодня воробьи за окном не щебетали. Только капли дождя мягко стучали по стеклу.

– Комментариев не будет? – наконец спросил Кэррэдайн.

– Вы знаете, – начал Грант, – с юридической, полицейской точки зрения обвинения против Ричарда не существует вообще. Буквально. Не то чтобы обвинение недоработано для передачи в суд, нет – оно попросту не существует.

– Вот именно. Тем более после того, как я узнал, что все те люди, список которых вы мне послали, были живы, здоровы и на свободе, когда Ричард погиб в битве при Босворте. И не просто на свободе – о них хорошо заботились. Дети Эдуарда не только танцевали на балах во дворце, они получали пенсии. Когда умер его сын, Ричард назначил своим наследником одного из этих родственников.