– Гениально, – произнесла я.

– Может, выйдешь за меня? – спросил Коля. – Я сына хочу.

– Иди к черту.

И мы отправились ужинать.

Глава 49

Глава 49

С самого утра он чувствовал себя вялым.

Вроде, проспал больше десяти часов, но мутная московская хмарь плавала в голове, как чайный гриб в рассоле. Впрочем, особой ясности теперь и не требовалось. Дела были закончены. Оставалось последнее – самое легкое.

В два часа дня позвонила Светлана. Будничным тоном она пригласила его в ресторан. В Троицк. Ресторан «Королева Пиццы» – возле плотины. Так и сказала: «Возле плотины». Какой плотины, господи?

В ее голосе Митя услышал неверие в то, что он примет приглашение. И это неверие его вдруг завело. Он согласился. Сказал: «В семь». Она ответила: «Прекрасно».

Стоя в пробке на Калужском шоссе, он заметил, что тело зазвенело. Вначале он даже проверил телефон в кармане: может, случайно поставил на вибрацию? Нет, это дрожал он сам. Безошибочный признак грозящей опасности. Годы, проведенные в тайге, сделали из Мити хорошего охотника. Настолько хорошего, что он задолго чувствовал не только приближение жертвы, но и момент, когда сам становился объектом охоты.

Кажется, это будет сегодня… Ну что ж…

В комоде уже лежали три безупречных новых паспорта, два из них – иностранных. И он все еще размышлял, каким воспользоваться. Пожалуй, английским. В Лондоне закончился ремонт квартиры, купленной семь лет назад. Он все всегда делает вовремя – не вовремя было только сегодняшнее приглашение. Но отказаться сил не хватило.

Ишь ты, какая наглая девка…

На загривке вздыбились волоски, по спине пробежала волна наслаждения – в глазах потемнело, и он чуть не врезался в очередной ряд бетонных блоков, превративших перестраиваемое шоссе в смертельный лабиринт.

В последний момент свернул влево под мигающую стрелку. Перевел дыхание.

Что ж ты мне приготовила, дурочка?

С Калужского шоссе он ушел на Микрорайон В, затем еще один поворот – к зоне отдыха «Заречье». Впереди блеснул пруд, загорелись огоньки над водой. Из-под колес выпорхнул черный лебедь. Шурша крыльями, он сорвался в воду. Господи! Чуть не задавил лебедя! Такой черный – на него надо катафоты надевать.