— По коридору, — она указала глазами на уже знакомый мне коридор в правой части дома, — прямо перед дверью в приемную Хозяина казак на стене, панно. Если за эфес шашки потянуть, дверь откроется. Вся картина — это дверь. И никаких замков ни там, ни на входе в докторский дом нету. Обратно от доктора такой же барельеф, там тоже за шашку тянуть нужно.

Вселенная, ты помнишь, как я пожаловался, мол, мне не везет, кармический долг… Прости меня, дорогая, не прав был. Я самый везучий на свете человек!!!

— Только если хозяин узнает, что я тебе сказала…

— Не переживай, ты мне ничего не говорила, я сам все вычислил и смогу это доказать.

— Максим, у меня детей нет, меня разлукой с сыном не накажут. И это за Яну профессор вступился. А меня хозяин не морально, он меня физически сначала через десяток казаков пропустит, а потом плеткой отходит так, что я на пляж больше никогда выйти не смогу. — Катя все еще висела на моих руках и шептала каким-то шершавым шепотом, от которого даже у меня в горле запершило. — Если у тебя не получится и хозяин даже просто подумает, просто допустит мысль, что я тебе помогала, ты знай, что этим ты меня убьешь.

Я знал. А еще я знал, что я уничтожу Титова, профессора, Зиму. Уничтожу всю их банду. Не потому, что они покушаются на Россию или президента. А потому, что они забрали сына у горничной Яны. Они могут искалечить Катю. Они посмели принуждать меня делать то, что я не хочу. И вынуждают не силой убеждения, аргументами или, в конце-концов, подкупом. Они поставили мне ультиматум. Делай что велено и получай таблетки или умри. Я физически почувствовал, как электрические разряды гнева пробежали по ладоням.

Когда я зашел, в столовой еще никого не было. Судя по сервировке, ужинать будем вчетвером. На столе стоял великолепный обеденный сервиз, белоснежный фарфор с золотым орнаментом в африканском стиле. Сначала я решил, что на ужине очередной раунд соблазнения проведет Ирина Николаевна, но окинув взглядом стол решил, что женщин сегодня не будет. Слишком мужской набор напитков и закусок. Вероятно, на сегодня назначен самый важный разговор. По моим прогнозам, именно сегодня, после моей ломки в тюрьме, когда я, по их мнению, максимально разбит и физически и морально, мне подставят дружеское плечо. Сейчас меня будут убеждать присоединиться к заговорщикам. Посмотрим. Надеюсь, кроме жизни, мне предложат что-то очень ценное. Пост министра в новом правительстве уже предлагали, очень интересно, на что сегодня расщедрится Григорий Семенович.

Любопытно, кого Титов пригласил на ужин в качестве команды поддержки. Вероятнее всего это будет пока еще не знакомый мне Иван Сергеевич, социолог, про которого Григорий рассказывал, что он может поведение индивидуума и общества с невероятным процентом попадания предсказать. Вторым помощником, скорее всего, будет священник, его Высокопреподобие отец Ираклий. Из безуспешных попыток наладить со мной дружбу через женщин и черную икру, Титов вероятно метнется в сторону духовного, божественного обоснования нашего сотрудничества.