– Вы хотите сказать, что нынешний шеф полиции Джек Стилтон убил Эмили Вон?

– Я только говорю, что это объяснило бы, почему никого не обвинили. Старик защищал своего сына. – Рики отвлеклась от своего занятия. – Не обращай на меня внимания, милая, я пересмотрела криминальных сериалов по телевизору.

Андреа решила, что услышала достаточно.

– Спасибо вам за уделенное время. Дайте мне знать, если вам в голову придет что-то еще.

Рики на секунду перестала чавкать жвачкой.

– Так и сделаю.

Андреа вышла за дверь. Она почувствовала, как язык сам ищет бороздку на щеке, пока она спускалась по ступенькам. Она пыталась уложить в голове все, что только что произошло, на случай если Байбл решит задавать вопросы.

Он дождался, пока она закроет дверь и пристегнет ремень безопасности.

– Ну, что у тебя?

– Вы когда-нибудь слышали выражение «собачья грызня»?

– Разумеется, слышал, напарник. Но здесь такая беда должна быть вызвана ошибкой, а мне сложно поверить, что ты могла допустить какую-то ошибку.

О, он и понятия не имел.

– Рики считает, что Стилтон убил Эмили Вон.

Байбл удивленно рассмеялся.

– Старший или младший?

– Младший. А старший его прикрыл.

– Так себе новости. – Байбла эта история, похоже, не убедила. – Но я слышу, что твоя задница все же попыталась усидеть на двух конях.

Андреа расслышала упрек, но решила продолжить метафору:

– Рики вела меня под уздцы. Прямо с порога она начала говорить про Эмили Вон. Я даже пепси не успела допить. Дин Векслер вел себя так же в пикапе. Они будто читали один и тот же сценарий. Сначала упоминают судью, потом Эмили, а потом начинается «собачья грызня».

Байбл нахмурился.