На золотого дракона сел Антон. Он подал Туяре руку, но та не могла взобраться на спину в своем огромном свадебном платье. Золотой дракон выгнул назад длинную шею, повернул к Туяре рогатую морду и, сверкнув желтым глазом, ткнул ее носом в живот. Засмеявшись, Туяра погладила чудовище и повернулась к нему спиной. Посадив Туяру на свой нос, дракон осторожно поднял ее и опустил себе на спину. Они взлетели вслед за Титовым. Тот уже исчез неведомо куда, опьяненный полетом. За ним исчезли в ночном небе и молодожены. Гости деликатно пропускали друг друга вперед. Катания на драконах начались.

***

Сибиряк и Леда записались в «драконью» очередь. Четверка прикинула, что их время наступит ближе к полуночи.

— Идите, я позову вас, не волнуйтесь, — заверила она обоих.

Сибиряк повел Леду через площадь. По узким тропинкам они обогнули пагоду. На земле была едва заметна светящаяся сетка, размеченная программой. Объевшиеся, довольные, они лениво переговаривались.

Наконец они вышли из-за плотной зелени, отделявшей проекцию Пекина от следующего сектора. Небо окрасил закат, красно-розовый, умиротворяющий, он был создан теми же станциями, чтобы гости парка не блуждали в темноте. Запахло сладостью разогретой земли, сухие травинки ломались под ногами. Над головами Леды и Сибиряка плыли виртуальные облака, ярко-оранжевые под заходящим африканским солнцем. Просторы саванны, утомленные дневной жарой, готовились к ночи. Животные бродили вдалеке, их черные силуэты неспешно передвигались в золотом сиянии.

— Это жираф? — спросила Леда, показав на силуэт с длинной шеей.

— Идем, посмотрим, — предложил Сибиряк.

Леда не сдвинулась с места.

— Здесь водятся только безобидные звери? — прошептала она с сомнением.

— Вряд ли дарители хотят, чтобы кого-то из нас тут съели, — уверенно сказал Сибиряк.

Леда кивнула и огляделась.

Сибиряк протянул ей руку. Виртуальные облака разошлись, и на них глянуло низкое оранжевое солнце. Оно не палило, не обжигало, просто висело в многоцветии неба, будто внимательный глаз великана.

Леда провела рукой по ярко-розовому цветку, похожему на чертополох. Он слегка колол ладонь, приветствуя девушку. Под ногами сновали шустрые грызуны. Сибиряк успевал заметить лишь стремительно исчезающий в траве хвост или полосатую спинку. Жираф спокойно стоял, опустив длинную шею к земле, и внимательно смотрел на что-то, затерянное в траве. Леда коснулась его бока.

— На ощупь как щетка.

— На что он смотрит? — Сибиряк провел рукой по склоненной голове животного. Жираф задвигал губами.

Они присели на корточки, чтобы разглядеть поближе нечто таинственное, и наконец увидели. Из сухой неплодородной земли саванны проклевывался росток. Он тянулся вверх прямо на глазах. Обычная палка с парой листьев, упорная, готовая противостоять природе и прижиться здесь во что бы то ни стало. Палка росла, ветвилась, наливалась невесть откуда взявшимися соками жизни. Единственное семя, которому удалось взойти не смотря ни на какие невзгоды, поднималось к небу и солнцу. Жираф пощипывал листья быстрорастущего дерева. Наконец ветвей стало так много, что они сложились в покрытый зеленью купол. Сибиряк и Леда смотрели на выросшую на их глазах акацию, к которой слетались птицы и сходились животные. Леда огляделась. Помахивая ушами и крутя хоботами, приближались слоны. Издалека шла стая львиц, таких же золотых, как трава саванны. Зебры, леопарды, антилопы, все они возникали из пустоты и стягивались к дереву спокойно и неторопливо. А двое людей, стоящие под широкой кроной, с восхищением смотрели на великое шествие африканской природы. Многие виды канули в лету, остальные скоро исчезнут. Программы виртуальной реальности старательно выдавали людям иллюзии, заменяя ими реальность.