Жалобно перекошенное лицо мальчишки побелело. Губы задергались. Казалось, Том вот-вот бросится наутек.
— Ну, Аллейн, вы уж слишком на него насели, — сказал Бард.
Поллок тут же принялся распространяться о полицейских методах.
— Это еще что! — воскликнул он. — Вы поглядели бы, что делают в тюрьме. Не отвечай ему, парень. Он не имеет права. Не отвечай, а то тебе же хуже будет.
При этих словах Том отвернулся и, обхватив руками голову, отчаянно разревелся. Пассажиры негодующе загудели.
В это время послышался голос вернувшегося шкипера. Он легко сбежал по трапу, следом за ним шел сержант из Толларка.
— В чем дело? — спросил шкипер, взглянув на сына.
Том поднял зареванное лицо, попытался что-то сказать и выбежал из салона.
— Я сейчас вам все объясню, шкипер, — сказал Аллейн и повернулся к сержанту. — В чем дело?
— Вам записка от шефа из Толларка, сэр. — Он подал Аллейну записку, которая гласила:
IX «Ползун»
IX
«Ползун»
— Здесь я хочу остановиться, — сказал Аллейн, — на методе допроса. Вы, конечно, обратили внимание, что вопреки обычаю я опрашивал пассажиров не порознь, а всех сразу. Это было рискованно, но я умышленно пошел на риск. Зная, что речь идет о сговоре, мы боялись, как бы сообщники не условились между собой о единой версии, если мы станем допрашивать каждого отдельно. При одновременном же допросе им приходилось импровизировать на ходу, и нам легче было их поймать. Мы с Фоксом были уверены, что главарь шайки — Артист, что он является одним из пассажиров, и уже почти не сомневались, что знаем, кто это.
К этому времени были получены сведения, позволявшие нам сделать только один вывод. Проверив данные о пассажирах, мы выяснили, что все эти люди существуют в действительности и живут по указанным адресам. Напрашивалось заключение: кто-то из подозреваемых действует под чужой фамилией. Так оно и оказалось — Артист присвоил себе имя человека, находившегося в то время за пределами Англии. Это был смелый ход, но Артист не раз участвовал в рискованных авантюрах и выходил сухим из воды. Запомните это.
Мы с вами подходим сейчас к моменту, когда следствие приняло трагический оборот из-за ошибки, допущенной одним из местных полицейских. Полицейские такие же люди, как все, и они не застрахованы от ошибок. Постовой, повинный в данном упущении, человек уже немолодой, но ему недоставало опыта в делах такого рода, и к тому же он не проявил должной бдительности. В результате произошло еще одно убийство. Это убийство, которое можно было бы предотвратить, до сих пор меня преследует. Всем нам доводится хоть раз столкнуться с подобным случаем. В нашем деле приходится быть толстокожим, но мне хотелось бы сказать вам следующее: если вы полностью потеряете человечность, лучше уходите из полиции.