— Да.

— Но ведь тот человек сразу же раскусит меня, если в нем есть хоть капля здравого смысла.

— Конечно. Но он и сам себе не хозяин. Главари в этом деле никогда не появляются. Откровенно говоря, даже их имена редко знают. Вы будете играть роль подставного лица и поговорите с ним о деле.

— Он может заинтересоваться, откуда оно исходит.

— Тогда вы встанете и уйдете.

— Знаете, мне иногда хочется послать вас к черту. Желаю всего наихудшего. Я выхожу из игры, — сказал Рейкс со злостью.

— Ради бога, но это лишь пустая фраза. Вы же знаете, что не можете так поступить.

Когда Сарлинг ушел, Рейкс набрал названный им номер телефона. Ответил мужчина.

— Да?

— Тони вернулся и хочет встретиться. — Рейкс назвал данный Сарлингом пароль.

— Какой Тони? — Голос не изменился, любопытство не пробудилось в нем.

— Эпплгейт.

На том конце провода положили трубку. Рейкс подошел к окну и закурил сигарету. Это был сон, сплошной кошмар, и Рейкс попал в него, к тому же в главной роли.

Через пять минут зазвонил уже его телефон. Тот же голос спросил:

— Тони?

— Да.

— Сегодня в четыре часа. Отель «Риц». Номер 97. Войдете без стука.

— Спасибо.

В четыре часа Рейкс вошел в отель «Риц». К главному входу только что подкатила свадебная процессия: мужчины в праздничных костюмах с гвоздиками в петлицах, девушки в туфлях на высоких каблуках, в шелковых юбках и платьях, чарующая подвенечная фата… Вот так будет и у него, когда он возьмет в жены Мери… серые и черные цилиндры, вспышки фотоаппаратов и выстрелы шампанского… тот же высокий смех и сплетни… Рейкс приводит невесту в Альвертон… «А сейчас этот Рейкс, — подумал он, — идет к лифту, чтобы договориться о сбыте золота… того самого, которое ему надо еще украсть. Тони вернулся и хочет встретиться. Куда же его толкают, черт возьми?!»

Он открыл дверь 97-го номера и через маленькую прихожую прошел в гостиную. Все в комнате было зеленым: зеленый ковер, диван и кресла, зеленые с белым шторы. Лишь в вазе на столе желтым, бронзовым и красным светились хризантемы. За маленькой конторкой сидел человек и что-то писал. Он поднял голову, улыбнулся и кивнул Рейксу, указав рукой на стул. Блеснула белоснежная манжета и золотая запонка. Человеку было лет тридцать, темноволосый, загорелый, все у него было чистое, только что выглаженное и выстиранное. Сверкающие зубы, здоровые белки глаз — в них светилась дружеская улыбка. Он излучал теплоту средиземноморского солнца, двигался точно и уверенно, знал, кто он и чего хочет, полностью согласный со своим тайным миром. Уравновешенный, видно, что знает все колдовские тонкости своего дела и, казалось, ему на роду было написано занять это место в роскошных сумерках подпольного мира, где правит золото.