— Александр Михайлович, я извиняюсь, можно данные этого нехорошего человека? — Давыдов занёс ручку на раскрытым ежедневником.

Боря Винниченко, затратив не меньше двух минут на суетные поиски, пролистал взад и вперёд взъерошенное, неподшитое дело (и.о. прокурора досадливо поморщился), с трудом нашёл синий квадратик ордера и продиктовал:

— Осмоловский Сергей Леонидович. Областная коллегия адвокатов, юрконсультация номер семь. Телефон…

— Воспитательную работу хотите провести, Денис Владимирович? — улыбнулся Кораблёв.

— Есть одна мыслишка, — уклончиво ответил рубоповец.

Распределив конкретных исполнителей каждого запланированного мероприятия, следующий раз порешили собраться не позднее пятнадцатого марта.

2

2

5–6 марта 2000 года.

Воскресенье-понедельник.

Областной центр Андреевск.

Честно исполнив супружеский долг, адвокат Осмоловский обессилено перекатился на спину, разметал худые длинные руки по подушкам. Лора уже не дышала загнанно, а тоненько подскуливала, амплитуда оргазма, встряхнувшего её большое тело, затихала. Это трогательное подскуливание, почти попискивание, обязательное после танца любви, каждый раз умиляло Осмоловского и он изумлялся, как раньше мог существовать без своего «мышонка Пика».

Их нежным отношениям вчера сравнялось восемь месяцев. История их знакомства и сближения достойна пера Уильяма Шекспира. В декабре девяносто восьмого года Осмоловский принял защиту Лориного мужа, арестованного за серию вооружённых разбоев. Лора уверена и никто её не разубедит — восьмитомное дело сфабриковано от первого до последнего листка. Просто успешный бизнес мужа не давал покоя конкурентам, которые заказали его «шестому отделу», бессовестно объявившему Севу лидером жереховской группировки. Официально Лора продолжала находиться в браке, оставаясь по паспорту Жереховой. В своих неозвученных пока планах на ближайшее будущее она мечтала сменить фамилию на Осмоловскую, которую так и хочется предварить дворянским титулом: баронесса, графиня, княгиня…

Как любое дело в России, следствие затянулось на полгода. Почти каждодневно общаясь с адвокатом мужа, Лора увлеклась им, несмотря на то, что это был не её фасон. Если Всеволод — брутальный самец с первобытными повадками, гонщик, картёжник и ходок, то Серёжа Осмоловский — рафинированный книжник, выращенный в оранжерее профессорской семьи, нервный астеник в очках с пугающим отрицательным числом диоптрий.