— Сток, — сказал Алекс. — Спокойно. Отпусти его. Давай вести себя по-джентльменски.

— Я отпущу его, когда они отпустят Брока…

Ахмед заставил Гарри Брока подняться на ноги и сказал:

— Ну ладно, джентльмены, вы все отправитесь прямиком в рай сразу после того, как мы заснимем ваши прочувствованные мольбы о пощаде. Рядовой телезритель подумает, что вы случайно наткнулись на каких-то очень нехороших террористов, когда отправились спасать султана.

Сток поднялся на ноги и сверкнул глазами на предателя:

— Эй, Ахмед! Тебе знакомо старое американское выражение: «А не пойти ли тебе на хрен»?

Наемники и китайские охранники наставили на них пистолеты. Сток знал, что теперь ему остается только ждать и молиться, что Хок, черт его подери, знает, что делает. Он увидел, как Алекс взглянул на часы, и слегка расслабился. Хок пытался выиграть время, ну, тогда ладно, может, это и сработает.

Французские операторы закрепили цифровую камеру на штативе. По бокам установили и зажгли два прожектора. В резком белом свете фигура за столом — бледная тень человека, выступавшего перед камерами в Париже всего каких-то три недели назад, заметно дрожала. На столе перед ним лежали какие-то документы. Ахмед встал за спиной у мужчины и сдернул капюшон.

— Назовите свое имя, — приказал майор Танг. Глаза сидящего за столом мужчины заметно покраснели от страха и истощения. По обеим сторонам от него за кадром стояли двое мужчин с автоматами, нацеленными прямо ему в голову.

— Я султан Аджи Аббас.

— Ваше высочество, — сказал Танг, — приступим. Подпишите, пожалуйста, соглашение.

Султан непослушными пальцами поднял со стола золотую ручку и обмакнул ее в чернильницу. С огромным трудом он вывел свое имя в том месте, которое ему указали.

— Что он подписывает, Гарри? — спросил Хок. Танг улыбнулся и махнул Броку рукой.

— Это Маскаттское соглашение, — Брок тряхнул головой. — Большой и очень нехороший секрет. Французское правительство обязуется обеспечить вновь созданную Оманскую морскую компанию танкерами общим объемом пятьсот тысяч тонн. ОМ К будет освобождена от необходимости платить налоги в казну Омана. Корабли будут ходить под оманским флагом, а офицеры выпускаться из Оманского морского колледжа, основанного самим Бонапартом. ОМ К получит приоритетные права на всю нефть, поставляемую в Китай. А Бонапарт — гарантированные десять процентов ежегодной выработки.

— Хорошая идея, — сказал Хок.

— Да. По ней Франция получает монополию на пятьдесят миллионов тонн оманской нефти, вывозимой в Китай. Но Бонапарт прекрасно знал, что эту идею нельзя претворить в жизнь без участия султана. Он не мог оформить эту так называемую сделку законным путем, не получив подписи соверена.