— Местонахождение этих танкеров на данный момент?

— Местонахождение на данный момент неизвестно, сэр.

— Названия танкеров?

— «Счастливый дракон», «Супердракон» и «Изумрудный дракон», сэр. Все ходят под французским флагом.

Они слышали, как президент выкрикивает указания сотрудникам. Потом он снова заговорил.

— Алекс, мы их найдем. У меня чувство, что у этой истории есть продолжение.

— Сэр, подобное устройство также находится в киле круизного лайнера «Левиафан».

В этот момент Мариуччи сжал Алексу руку:

— Матерь божья! — закричал он и вскочил на ноги. — Он здесь. «Левиафан»? Он пришел во вторник. Я был там, и…

— Алекс, — сказал президент, его голос звучал ровно, — вы говорите о том громадном лайнере, который прибыл в Нью-Йорк в начале недели?

— Да, сэр. Новый французский корабль.

— И вы хотите сказать, что в его киле ядерная бомба?

— Да, сэр. Именно это я и хочу сказать.

— Ты полагаешь, что это китайское устройство? Что его туда вставили китайцы? Это французский корабль, Алекс, построенный в Германии.

— Мистер президент, реакторы на него устанавливали на шанхайском заводе. И киль тоже.

— Ладно, Алекс, слушай внимательно, — сказал президент, — никто ни звука про это не издаст, пока от меня не поступят дальнейшие указания. Капитан Мариуччи, вы слышите?

— Да, мистер президент, слышу.

— Ни единого слова об этой ситуации с «Левиафаном», пока вы вдвоем не попадете на судно и не подтвердите существование бомбы. Вас это тоже касается, капитан Мариуччи. Вы единственный, у кого есть билет. Я не хочу поднимать шум: никаких вертолетов в небе, катеров портовой полиции, ничего такого. Никто даже не вздохнет, пока мы точно не будем знать, с чем имеем дело. Понимаете, о чем я?

— Понимаем, сэр, — ответил Мариуччи.