– Я знал, что ты придёшь, – человек в кожаной куртке стоял напротив.

– Да? С чего бы это? – обернулся Джейкоб.

– Все приходят.

– И много нас?

– Мало, очень мало.

Человек в чёрной куртке и пыльных ботинках из крокодила стучал сигаретой по зеркальной крышке портсигара.

Они стояли на мосту Риз, проезжающие машины за их спинами гудели так громко, что Джейкобу приходилось кричать, чтобы его услышали. А этот тип из бара даже не пытался повысить голос, он говорил так же, как говорил тогда. Низко и размеренно.

– Почему именно здесь? – Джейкоб огляделся по сторонам. Ветер прерывал и его голос тоже, но, казалось, собеседнику не доставляло труда услышать его.

– Здесь удобнее, – сказал он.

– Удобнее что?

– Увидишь.

– Я ещё ни на что не соглашался.

Человек передал ему плотный конверт. Джейкоб открыл его, закрыл и положил во внутренний карман куртки.

– Ну, допустим. Но почему именно я?

– А почему не ты?

– Разве на это не нужны специально обученные люди?

– Разве ты плохо обучен, Джейкоб?

– Я не про то.

– Или боишься убить невинного? В нашем деле таких нет. Мы не государство, Джейкоб, это оно отправляет солдат, заставляя их убивать детей и стариков. Мы таким не занимаемся, Джейкоб, и платим больше, гораздо больше.

– Так чем вы занимаетесь?

– Увидишь. Для начала надо разобраться кое с чем.

– Уже? Но я ещё в органах.

– Я тоже хотел повременить, – он наконец положил сигарету в рот и закурил, прикрывая огонёк от ветра.

– Ну так что? – Джейкоб почувствовал дым дорогих сигарет.

– Оружие при тебе?

– Оно табельное.

– Вернёшь его своему начальству. А пока возьми этот, – он достал из-за пояса другой пистолет и передал его Джейкобу.

– Что это значит?

Незнакомец развернулся и пошёл к эстакаде, туда, где кончалось ограждение моста.

– Я не могу начать вот так сразу, – крикнул Джейкоб, догоняя его.

– Всё ты можешь.

– Мне нужно уволиться.

– Ты уволишься через месяц.

– Когда?

– Когда раскроют убийство.

– Какое убийство?

– Ты скажешь, что устал, и подашь в отставку.

– Но почему не сейчас?

– Я тоже думал, что всё будет сейчас, Джей. Так было бы лучше. Но планы меняются.

– Какие планы?

– Которые не зависят от нас.

Они прошли до конца ограждений, вышли за мост и стали спускаться под него.

Ноги Джейкоба скользили на крутом спуске, его новый знакомый спускался твёрдо и уверенно.

– Есть обстоятельства, – заговорил он, – ненужные обстоятельства, которые вечно лезут не туда.

Джейкоб ничего не понимал, но в животе его засосало. Редко когда ему приходилось спускаться с незнакомцами под мост.

Этот человек в кожаной куртке шёл впереди, болтая своими длинными руками будто верёвками, у него даже пистолета не было. Он был весь на ладони. Джейкобу ничего не стоило прикончить его и смыться с деньгами. Но он знал, что не сделает этого, и незнакомец тоже это знал, потому и был так спокоен.

– Почему мы не встретились в баре?

– Место неподходящее.

– Неподходящее для чего?

Они спустились под мост и стояли уже на ровной поверхности. Возле медленной рябью проходил небольшой канал. Под ногами скрипела галька.

– Ну так что, Джейкоб, какое у тебя жалованье?

– Около четырёх, – сказал Джейкоб.

– Негусто, совсем негусто.

– Все так получают.

– Все, кто работает с тобой, но не все, кто работает так же, как ты. Где ты учился стрелять? Не поверю, что в органах.

– В детстве стрелял по тарелочкам.

Незнакомец недоверчиво посмотрел на него. Но понял, что тот не врёт.

– Отец учил. Отстреливаться от грабителей. Пока они не убили его.

– Не люблю тварей, которые лезут на чужую территорию.

– И я не люблю.

– Таких надо мочить сразу, без жалости.

– Мне было девять.

– Но теперь-то тебе двадцать девять, верно?

Джейкоб понял, что про него всё пробили. У таких людей полно знакомых где надо.

– Теперь бы ты их замочил? Этих подонков, что убили твоего отца?

Джейкоб молчал, а этот, в крокодиловых ботинках, всё не останавливался.

– Они пришли на твою территорию, Джейкоб? Есть люди, которые постоянно лезут не туда, – опять повторил он.

Джейкоб не знал, к чему приведёт этот разговор. Может, это он перешёл кому дорогу, даже если так, к чему нужен был этот конверт с деньгами? Ничего не клеилось.

– Бывает, строишь планы, – незнакомец закурил ещё одну, – строишь, а тут вылезает какой-то придурок, думая, что он умнее всех.

Он обернулся к Джейкобу, его сигаретка повисла на губе. Казалось, вот-вот – и она упадёт. И Джейкоб понял, что за эту сигарету он волнуется больше, чем за себя. Убьют его сейчас или нет, кому какое дело.

– А? Что скажешь, Джей? Почему все придурки считают себя умнее других?

– Должен же кто-то так считать, – сказал Джейкоб, совершенно спокойно.

– Тут ты прав, парень, тут ты прав.

Он переступал с ноги на ногу, молча выкуривая сигарету.

– Эй, – крикнул он, куда-то вглубь опоры моста, – выводи его.

Из тени высоких свай моста показалась фигура амбала, высокий, слегка сутулый, он тащил за собой кого-то, приставив тому пистолет к виску. Этот кто-то буквально висел на его руке. Амбал приподнял его за ворот куртки, видно было, как этот второй болтался в воздухе, его ноги не доставали до земли. Он что-то мычал и хлюпал носом. Мычал, мычал… Джейкобу показалось знакомым это мычание. Как и хилая фигура в темноте.

– Есть люди, которые просто бегут за смертью, – сказал незнакомец, указывая на этих двоих.

Они всё ещё были в тени, и Джейкоб никак не мог понять, кто это. Ещё пару шагов, и они вышли на свет.

– Коул, – Джейкоб еле вымолвил имя напарника.

Коул был совсем плох: порванная куртка, обмоченные штаны. Он никогда не отличался храбростью. Трусость, помноженная на любопытство, такие долго не живут.

– Этот болван преследовал тебя, – сказал человек в крокодильих ботинках. – Всю дорогу. Ты не заметил его, Джейкоб?

– Нет, – Джейкоб ненавидел этого придурка, но не настолько, чтобы желать ему смерти.

– Вытащи кляп, – крикнул тот амбалу, – он хочет что-то сказать.

Одним движением кляп был вырван изо рта Коула. Какой-то неприятный треск, похоже вместе с кляпом ему вырвали и пару зубов. Джейкоб поморщился.

– Неприятно, знаю, – сочувственно сказал незнакомец. Он сочувствовал Джейкобу, – но что ж поделать, такая работа, Джей, такая работа. Быть хорошим парнем – значит получать гроши. А хорошие деньги получают плохие парни.

– Пожалуйста, – бормотал Коул, – я ничего не слышал, я ехал не за тобой, это случайность, случайность, друг.

– Знаешь первое правило нашей профессии, Джейкоб? – спросил незнакомец. – У нас не должно быть друзей.

Джейкоб взвёл курок и выстрелил в напарника.

Никогда ранее он не стрелял в того, кто не был преступником. И потому удивился всякому отсутствию чувств, он не вздрогнул, не пожалел о сделанном. Единственное, что он чувствовал, – это раздражение. Кто заставлял этого придурка следовать за ним? Да и сам он чем лучше, не увидел хвоста.

Коул тихо осел на колени, а после упал лицом в гальку. Эти двое подняли его за руки, на изувеченном страхом лице Коула отпечатались следы от камней.

– Зачёт, – сказал незнакомец, – теперь ты в наших рядах. Нужно придумать тебе новое имя. Будешь Чарли Беккер. Как тебе?

– Вполне, – сказал Джейкоб.

– Новые документы будут готовы через месяц. Из участка ты выйдешь уже другим человеком.

Коула сбросили в реку. Пару секунд он ещё держался на поверхности, но вскоре ушёл на дно.

У дочери Коула было самое лучшее выпускное платье, оно стоило несколько сотен, и новый автомобиль, он стоил гораздо дороже. Джейкоб сказал, что это от всего участка. Тело Коула нашли в реке через неделю, убийцу тоже вскоре нашли, странным образом им оказался кто-то другой. Джейкоб был на похоронах, произнёс хорошую речь, а позже подал в отставку. Никто не удерживал его.

С тех самых пор он жил в лучших квартирах. Перед каждым заданием ему снимали новую. Он не думал о деньгах. С тех пор он ни о чём, кроме дела, не думал. Он пил дорогой бренди и ездил на шикарных машинах, он перешёл на сигары, у него был свой винный погреб. Он смотрел, как его вино делают специально обученные люди, да, у Джейкоба были свои люди, это особое чувство. Ты словно Бог на земле. Он так и ощущал себя – вершителем, карателем, он даже не верил, что когда-то был простым полицейским. Сейчас он смотрел на них с жалостью, они делали ту же работу за гроши. Сидели в засаде, спали на работе, кидались под пули, арестовывали грабителей и наркоманов. Они не вылезали со дна. Всё дерьмо этой жизни они разгребали своими руками. Джейкоб ни о чём не жалел.

– Как вы спали, мистер Джейкоб?