Эрик перемотал запись назад, и они увидели, как к остановке, изрыгая выхлопы и покачиваясь, подъехал автобус номер 3. Агент Рамос не знал, на сколько минут он опоздал. Но для миссис Паттерсон все равно было уже слишком поздно.

29

Грег Паркер, профессор археологии, поприветствовал Джейн и Стили, которые только что объяснили его студентам, как различать человеческие и нечеловеческие кости. С помощью шпателя Грег извлек из земли скелетированную руку. На костях еще оставались мышечные волокна. Он отряхнул руки от земли, выпрямился и убрал шпатель в пояс для инструментов.

– Взгляните-ка.

Джейн опустилась на колени и присмотрелась.

– Можно мне щетку?

Грег протянул небольшую кисточку, Джейн осторожно коснулась ею костей и увидела четкий сухой разрез. Никаких трещин по краям. Она отодвинулась, уступая место Стили. Подруга коротко кивнула.

– Это сделали после смерти.

Джейн тоже кивнула. Все сняли маски и уселись на землю.

Грег подался вперед.

– Как видите, на этом участке пальцев не найдено. Исчезли. И это не первый раз, когда я сталкиваюсь с подобным.

– Думаете, кто-то повредил тело, когда копал другую могилу? – спросила Джейн.

– Может, он забыл, где прятал предыдущие тела, и задевал их лопатой, когда зарывал кого-то другого? – предложил Грег.

– Похоже на захоронения в Зворнике, – задумчиво протянула Стили.

Джейн поняла, что та имела в виду. Сами они не работали на реке Дрине в Сербии, но знали, что там из массовых захоронений были «украдены» тела убитых в Сребренице. Кто-то попытался вывезти трупы и спрятать в другом месте, но делал это в спешке и, скорее всего, ночью, к тому же выкапывал тела ковшом экскаватора. И часть останков и обрывков одежды осталась на месте.

Джейн снова посмотрела на руку, о которой они говорили. На разрезе ничего не было, только крошки земли. Грег Паркер хорошо выполнил свою работу.

– Вряд ли кто-то забыл, где зарыл тела, – возразила Стили Грегу. – Думаю, что некоторые из них… Господи… Преступник копал по два раза в одном месте по другой причине. Он доставал тела по кусочкам. – Она оглядела двор. – И, возможно, не все они здесь.

– Вы хотите сказать, что можно перерыть весь двор и не найти всех останков? – уточнил доктор Пенман.

– Да, такое возможно, – ответила она. – Я не в курсе всех тонкостей поведения маньяков. Но уверена: тот, кому просто нравится убивать и расчленять, и тот, кто возвращается и перекапывает разлагающиеся останки на своем заднем дворе просто ради забавы, – это разные люди.

– Да уж, – хихикнул Грег. – Последний вариант ближе к тому, чем вы занимаетесь.

Джейн и Стили переглянулись и встали. Повисло неловкое молчание. Грег попытался его прервать.

– Или чем занимаются на «Ферме тел» [70], – неуверенно произнес он. – В Университете Теннесси [71].

Доктор Пенман решил не отклоняться от темы:

– Что вы посоветуете?

Джейн оглядела двор.

– Думаю, вам придется обнести сеткой весь двор. И внимательно приглядывайтесь к любым останкам с посмертными травмами или расчленениями. Тщательно сопоставляйте опознанные с неопознанными, где бы вы их ни нашли. Поскольку вы, скорее всего, имеете дело с расчлененными телами, нужно проверять, сделано это до или после смерти.

– Значит, надо искать признаки прижизненных изменений: переломы, вывихи и тому подобное?

– Да. – Она взглянула на Грега, который тоже встал. – А Грег может сосредоточиться на посмертных изменениях, которые ему хорошо знакомы по археологическим раскопкам.

– Ребята, да вы просто команда мечты, – рассмеялась Стили.

– Вообще-то, – заметил Паркер, – я только сейчас понял, что ту работу, с которой вы справитесь поодиночке, мы можем выполнить только вдвоем.

– Может быть, но никто из нас не отличит каменный инструмент от обычного каменного осколка и не проанализирует содержимое желудка.

– Да вы и не захотите. – Грег хлопнул доктора Пенмана по спине.

В этот момент к ним подошел Скотт:

– Как дела?

Доктор Пенман рассказал ему про беспорядок в захоронениях. Скотт стал серьезным.

– Установили, сколько здесь человек?

– Как минимум трое – на основе эксгумированных пятнадцати фрагментов. У нас есть две правые ключицы с окостеневшим грудинным концом и одна левая с еще не окостеневшим.

– Объясните по-человечески.

– Ключицы. Две правые ключицы – значит, два человека. И у обеих сросшийся конец – значит, этим людям больше двадцати пяти лет. И одна левая ключица – того, кто моложе двадцати пяти. Итого три. Как минимум. Хотя пока только один череп, – объяснила Стили.

– Ясно. – Скотт кивнул. – В гараже найдены удостоверения личности и водительские права восьми разных людей – все женщины. Мы собираемся провести перекрестную проверку данных, чтобы узнать, не подавали ли о ком-то заявление о пропаже человека – помимо Элеоноры Паттерсон и двух уже известных мне местных пропавших проституток. Не все вещи могут принадлежать этим убитым женщинам – вероятно, есть и другие жертвы, о которых мы пока не знаем. Я пришел сказать: продолжайте поиски.

– Ни слова больше. – Грег отправился давать указания студентам.

– И, боюсь, доктор Пенман, мне придется забрать этих двух дам. Им нужно успеть на самолет.

Судмедэксперт пожал Джейн и Стили руки, словно они знали друг друга много лет, и женщины поспешили вслед за Скоттом. Он обернулся и что-то пробормотал себе под нос.

– Посмотрите сюда. – Он веером держал в руке несколько прозрачных пакетов для вещдоков. – Кинг напечатал эти снимки из Кигали.

Стили включила фонарик и направила на крайний снимок.

– Глядите-ка. На всех фотографиях есть номер полицейского дела. Полиции ООН. И номера разные.

Скотт перевернул фотографии и прочел на обороте: «ЮK‐001». Он тихонько присвистнул и перевел:

– «Юджин Кинг: первая жертва».

– Отличный трофей, – пробормотала Джейн.

– Да, – согласилась Стили. – Это не архивные копии, а свежие снимки. Любой, кто увидит их, подумает, что это фотографии с места преступления или из материалов дела. Он сможет объяснить, зачем они ему: в конце концов, он работал в ФБР. И кто знает, мало ли какие жуткие вещи вы, странные ребята из Бюро, таскаете с собой.

Скотт убрал фотографии.

– Ладно, ваша машина ждет у входа. Она отвезет вас обратно в отель и на ужин, а потом мы пришлем агента Картера, который проводит вас в аэропорт. У него будут ваши посадочные талоны.

Стили отошла попрощаться со студентами Грега, а Джейн вошла в дом, опередив Скотта. Поднимаясь по черной лестнице, она заметила, что уже совсем стемнело. Включила фонарик и почувствовала, как холод этого дома снова пробирает ее до костей. Джейн с трудом могла поверить, что знакома с человеком, который жил здесь и ответствен за то, что зарыто во дворе. Найденная рука тревожила ее. Где остальные части тела?

Она вышла из парадной двери и остановилась: на улице, прямо напротив, собрались мужчины, женщины, дети – в деловых и спортивных костюмах, в школьной форме. Они держали в руках зажженные свечи и что-то еще… Джейн пригляделась и поняла: это фотографии, но исключительно женщин. Большие портреты и моментальные снимки: женщины с детьми на руках; смеющиеся женщины; женщины, смущенно смотрящие в объектив; женщины в мантиях выпускников. Женщины, которые были живы. И пропали без вести.

В дверном проеме рядом с ней появился Скотт.

– Джейн, они уже знают. Или догадываются. Я узнал кое-кого из родственников женщин, пропавших без вести, которых видел, когда я еще работал здесь. – Он направился к полицейской палатке.

Джейн в последний раз посмотрела на собравшихся. Они выглядели точь-в-точь как те люди, ждавшие в девяносто шестом в Кигали грузовик ООН с эксгумированными телами своих родных в кузове.

«Все везде одинаково».

Джейн последовала за Скоттом, чувствуя себя так, словно она снова оказалась в Кигали и зашла в старенькую палатку – полевой морг ООН, сняла маску, бахилы, перчатки… Точь-в-точь как сейчас. Точно так же разложила все по красным пакетам для биологически опасных отходов. Такие знакомые действия, что она могла бы повторить их даже во сне. Теперь, оказавшись внутри палатки, Джейн не смогла бы ответить, где она находится и какой сейчас год. Казалось, если она выйдет наружу, то на дворе снова будет девяносто шестой и Джин будет там. Все по-прежнему, и семьи убитых ждали точно так же.

Она замялась, и тогда Скотт вмешался:

– Иди за мной. Когда я остановлюсь поговорить с родственниками, обогни нас справа. Дальше по улице тебя ждет наш агент в черном «Субурбане». Тебе туда.

Джейн последовала за ним в сгущающиеся сумерки. Яркая лампа осветила Скотта, Джейн заметила телекамеру и услышала, как агент Хьюстон представился и сообщил собравшимся, что официальных заявлений пока не будет. Она зашагала дальше, сосредоточившись на темном силуэте «Субурбана» впереди. А потом чья-то рука ухватила ее и увлекла в сторону.

30

Посередине стола в комнате для совещаний ФБР лежали полупустые коробки из-под пиццы. Агент Марк Уилсон жевал таблетки для улучшения пищеварения и просматривал запись с камер наблюдения: фургон Кинга с Элеонорой Паттерсон на пассажирском сиденье отъехал от аэропорта в 17:08. Агент уже сбился со счета, сколько раз пересматривал эту запись, но продолжал это делать в надежде отыскать какую-то подсказку, где сейчас прячется Кинг.

* * *

Сидящая во главе стола агент Анджела Никс наблюдала за Марком, постукивая карандашом по лежащим перед ней бумагам. Она обвела кружочками имена Кинга и пропавших женщин, а также информацию о каждой жертве. Энджи пыталась понять, где эти круги могут пересечься и дать наводку, где скрывается Кинг. Но пока ничего не получалось. По-видимому, случай в аэропорту с Элеонорой Паттерсон был единичным. Непонятно, каков был почерк Кинга с другими женщинами, но каким-то образом он заманивал их. Энджи начала постукивать ластиком карандаша по кончику носа: иногда это помогало.