Она попыталась крикнуть «Отвали!», но издала только какое-то невнятное бульканье и свирепо посмотрела на Джина. На его переносице расплылся огромный синяк, глаза налились кровью, придавая бледным радужкам еще более неестественный оттенок.
Он улыбнулся ей сверху вниз, держа в одной руке сумку.
– Спасибо, что сама приползла в ванную. Местечко самое подходящее.
Затем захлопнул окно и открыл краны на полную мощность. Струя ударила в пустую ванну с оглушительным шумом, и у Джейн перед глазами мелькнула страшная картина: сначала Джин топит ее, а потом Стили. Но он просто присел на край ванны, упершись ногой, и достал что-то из сумки. Джейн не могла разглядеть, что именно, потому что он сжал руку. Но в просвете между пальцами мелькнуло что-то похожее на гранату.
Джин наклонился к Джейн и прижал предмет к ее уху.
– Сейчас выну кляп. Если заорешь, выдерну у этой малышки чеку и успею свалить, а ты сдохнешь. Поняла?
Предмет казался не слишком холодным для металлического, но он мог быть сделан из пластика, а слово «чека» определенно указывало на гранату. Джейн попыталась рассмотреть, что именно Джин прижимал к ее голове, но он не позволил. Теперь она поняла, что краны открыты затем, чтобы заглушить их разговор. Джин явно хотел что-то узнать перед тем, как убить их. Убить, как убил остальных. Джейн почувствовала желание разрыдаться и сдаться. И закрыла глаза.
– Поняла или нет? – Он еще сильнее прижал предмет к ее уху.
Она заставила себя открыть глаза и кивнула.
Джин вытащил кляп и с силой наступил ногой ей на грудь. Джейн затрепыхалась, мышцы живота напряглись. Он посмотрел на нее как на какой-то экземпляр для препарирования и пошутил:
– Странно, что ты сразу не узнала мой почерк на шоссе в Лос-Анджелесе, Джейн Холл.
Когда до нее дошел смысл его слов, глаза Джейн едва не вылезли из орбит.
– Откуда знаешь, что я там была?
– Я следил за тобой. И должен сказать, что «эксперт» из тебя так себе: не можешь сложить два и два… Хотя я не менял свой почерк со времен Кигали.
«Господи… Он правда убил ту женщину в Руанде».
– Я не знала про Кигали.
Джин склонил голову набок.
– Ты меня удивляешь. Я был уверен, что Геррит прислал тебе фотографии с места преступления. По тем временам необычное для Руанды преступление. Другого уровня, нежели остальные убийства.
Джейн не смогла скрыть отвращения.
Он закатил глаза.
– Ты всегда была слишком мягкой, Джейн. Я слышал, как ты разговариваешь со своими так называемыми клиентами…
У нее вспыхнули щеки.
– Ты о чем?
– Почему бы тебе прямо не сказать им, что раз их дочь пропала, то ее нет в живых?
– Это ты прослушивал мой телефон?
– Ты не должна внушать им ложную надежду, но именно этим и занимаешься.
– Значит, это был ты? Зачем ты встретился со мной? Я не понимаю.
Джейн чувствовала, как жалобно прозвучали ее слова, но ничего не могла поделать. События последних двух недель вертелись в голове.
– Я хотел выяснить, что тебе известно. – Джин взмахнул предметом, зажатым в руке, и Джейн окончательно уверилась: это граната. Маленькая, осколочная, смертоносная. – Мне нужно было понять, сколько у меня времени до того, как придется залечь на дно. И то, что я услышал, меня успокоило. Ты так же плохо делаешь свою работу, как и Хьюстон. Я бы оставил тебя в покое, учитывая твою некомпетентность, но ты разболтала обо мне Хьюстону. Теперь придется заплатить.
Джейн затрясло от страха. «Что он имеет в виду?»
– Я… Я ничего ему не говорила.
– Ты никогда не умела врать, Джейн. Я видел тебя в доме своей матери. Ты была там сегодня и притащила с собой Хьюстона.
– Но это не так! Он сам нашел тебя и твой дом! – Она почти перешла на крик из-за шума воды.
– Да брось. Он обычный агент. Он и свою задницу-то не найдет без посторонней помощи.
В его голосе внезапно послышалось раздражение, и Джейн увидела выход. Джин не сумасшедший. Но даже если и сошел с ума, у него есть какая-то своя логика. Она попыталась подавить страх и сменила тактику. Нужно тянуть время, чтобы Джин продолжал разговор, пока не появится агент Картер. И тогда все закончится прежде, чем Джин успеет сделать что-то страшное. Она не знала, который час, но машина в аэропорт должна приехать с минуты на минуту.
– У тебя какая-то проблема, да? – Джейн старалась говорить непринужденно, как будто не валялась на полу, связанная веревкой и скотчем, хотя от страха ее колотила дрожь и голос тоже дрожал и срывался. – Какая-то обида на агентов? Ты что, подавал заявление, а тебя не взяли, потому что ты слишком старый?
Внезапно Джин бросился к ней и ударил по лицу растопыренной ладонью. Резиновая перчатка обожгла ей кожу. Слезы защипали глаза. Джейн поняла, что задела его за живое, и решила не менять тему:
– Так и есть, да?
– Заткнись! – Он сжимал и разжимал ладонь, которой ударил ее.
– Значит, ты подал заявление, – продолжала Джейн. – И у тебя почему-то не вышло. Хотя странно, что они тебя не взяли, учитывая твою ученую степень, ум и опыт работы в Бюро. К тому же ты такой энергичный и спортивный… – Ее почти тошнило от собственных слов, но голос крепчал. – По-моему, идеальный кандидат в агенты. Ты и сам знаешь, что ты хорош, правда? И не важно, что они сказали.
Она наблюдала, как комплимент подействовал: спина Джина заметно выпрямилась, на губах промелькнуло что-то похожее на улыбку.
Она не отступала:
– Ты уже работал в Бюро в лаборатории. Почему для тебя так важно было стать агентом?
Он ответил не сразу, уставившись на гранату в руке:
– Я хотел остаться в Руанде еще на год, но Бюро сказало, что такой вариант возможен только для агентов.
Ответ был неожиданным, и Джейн не сразу придумала, о чем бы еще спросить:
– И что?
Он впился в нее взглядом.
– Может, ты не заметила, но никто из этих «специальных» агентов ни на что не годен. Мало того, что Бюро не позволило мне продолжить работу в Руанде… Через два года они решили послать команду в миссию ООН в Косово, и что? Они взяли туда этот тупой кусок дерьма, этого новичка. Вместо
Джейн нахмурилась.
– Какого новичка?
Джин закатил глаза, словно удивляясь ее тупости.
– Хьюстона. – Он усмехнулся. – На его месте должен был быть я, с моим-то опытом работы в судебной медицине и в предыдущей миссии ООН… Они даже советовались со мной, кого взять в команду. И кого в итоге обошли? Меня. А кого послали? Скотта Хьюстона. Так не пойдет. Ну уж нет, Бюро удастся кинуть меня только один раз. Я сразу подал в отставку, лишив их своих талантов. И с тех пор стараюсь, чтобы они поняли, какую ошибку совершили, выбрав Хьюстона. Я не тороплюсь, но обставлю все так, что этого подонка лишат всех званий. Я уже доказал, что он неспособен раскрыть даже пару убийств, что он фантазер, которому за каждым углом мерещатся маньяки. Господи, да он даже не в состоянии раскрыть на месте пару дел об исчезновении!
Опять этот надменный тон, только теперь мишенью стал Скотт. Хотя они с Джином даже не знакомы. Джейн уставилась на Кинга, пытаясь понять, как не заметила признаки убийцы-социопата, пока они работали бок о бок на захоронениях. Внезапно на нее обрушились образы с фотографий, которые они смотрели в комнате для совещаний. Буйные краски Руанды, выцветшие под полуденным солнцем. Плодородная земля, пропитанная свежей кровью. И тут Джейн вспомнила… Вот Джин в «Кадиллаке», сбиваясь с ритма, танцует с девушкой. Вот она идет вслед за ним в бар, многозначительно улыбаясь. Ее улыбка сразу исчезла, когда он не угостил ее холодным напитком, несмотря на жару. Грохот музыки, световые вспышки крутящегося диско-шара. Эта девушка танцевала со смертью и даже не подозревала об этом. И никто не подозревал – и потому не защитил ее.
Джейн почувствовала, как на глаза наворачиваются непрошеные слезы.
– Ты убил ту девушку в Кигали? Там, где люди только что прошли через
Джин явно упивался ее волнением.
– Ты даже не поняла, почему это идеальное место для убийства. Что значил еще один труп в Руанде? Все были слишком заняты восемьюстами тысячами других, чтобы обратить на него внимание.
– Но… Но ты же был судебным медиком. Ты должен помогать людям, а не убивать. Зачем, ради всего святого, ты убил эту девушку?
Кинг покачал головой.
– Ты все такая же идеалистка, а, Джейн? Позволь рассказать правду об этих жертвах, которых ты возводишь на столь высокий пьедестал.
Джейн удивленно посмотрела на Кинга. Он что, нарочно притворяется? Ему ли не знать: человеческий кишечник может непроизвольно опорожниться после смерти, и фекалии потекут в нижнее белье независимо от того, глуп ты или нет.
– По-твоему, некоторые заслуживают смерти? И та девушка в Кигали тоже
– Мне не нужны идиоты, которые портят генофонд.
Джейн чуть не поперхнулась.
– Да кто ты такой, черт возьми, чтобы решать, кто идиот, а кто нет?
Джин вытащил из сумки моток веревки и убрал гранату.