Когда она выходила из кафе, готовясь к встрече в общежитии, то позвонила Скотту, раз уж он ее попросил. Джейн боялась, что разговор придется начать с объяснения ее внезапной смены настроения утром, но линия переключилась на автоответчик. Она запнулась, не зная, что говорить, потом сообразила, что Скотт все равно увидит, что звонила она. Надо было срочно придумать сообщение.
– Привет, Скотт! Просто хотела предупредить, что немного задерживаюсь в университете и вернусь домой не раньше девяти, поэтому я пойму, если ты решишь сегодня остаться дома… ну ладно, пока.
Джейн дала отбой. Смысл сообщения вышел обратным тому, что она в действительности собиралась сказать.
Но она уже подходила к общежитию, и момент встречи настал.
15
15
Ровно в шесть вечера из лифта вышла девушка и быстро пошагала через лобби. Джейн сразу поняла, почему Эйприл Бигей решила сама организовать студенческий клуб, а не просто присоединиться к уже действующему. Все в ней свидетельствовало об уверенности в себе и амбициозности: тщательно подобранная одежда в стиле смарт-кэжуал, портфель вместо рюкзака и расписание лекций, приклеенное скотчем к обложке папки, которую она держала под мышкой. Джейн была впечатлена – и впечатлилась еще больше, когда Эйприл первым делом извинилась за то, что перенесла их встречу.
– Я одна из ассистентов преподавателя на лекциях, а другой ассистент заболел. Мне пришлось включать видеоматериал в четыре часа. Иначе, я безусловно, пришла бы. Спасибо, что подождали. Надеюсь, я не доставила вам большие неудобства.
– Никаких неудобств. Спасибо, что согласились встретиться.
– Ну, если копы тебя о чем-то просят, с ними как-то не хочется спорить…
Они сели, и Джейн начала:
– Итак, мне сказали, что это вы были инициатором создания «Мешанины» два года назад…
– Да. Удивительно, что клуб привлек так мало внимания. Иногда ты опережаешь время.
– А какова была цель клуба?
– Я пыталась создать трибуну для людей смешанного происхождения или просто интересующихся вопросами расовой идентичности. Чтобы они могли собраться вместе и поговорить. Никакой особенной цели не было. Без политики, если не считать вопросов из разряда «в бланке переписи можно указывать разные расы, но кто потом все это
Речь Эйприл лилась, как у опытного политика в ролике по телевидению, и Джейн уже стало интересно, что еще она могла бы сказать о расовой идентичности. Но тут ей вспомнился детектив Уэст, и она вклинилась в монолог:
– В клуб могли вступать только студенты смешанного происхождения?
– О нет. Он был открыт для всех, но записалось только восемь человек, включая меня. А надо было двенадцать. – Эйприл наморщила носик. – Не лучшее мое начинание.
– Вы были знакомы с этими людьми до дня записи в клубы?
– Только с двумя. Остальных пятерых я не знала, включая Джареда и Риган, о которых, как мне известно, вы собираетесь меня спросить.
– Похоже, вы их помните.
– Дело в том, что меня интересуют представители смешанных рас. Вот как вы. Вы же смешанной расы, не правда ли?
Джейн удивилась. Большинство американцев, с которыми ей приходилось сталкиваться, решали, что она латино, и этим ограничивались.
– Да, так и есть, – ответила она.
– Я подумала об этом из-за вашей фамилии. Ваш отец белый?
– Да, белый американец. А мама из Венесуэлы, и сама смешанных кровей.
– О, я понимаю, – сказала Эйприл. – У вас и африканские корни есть?
Джейн кивнула.
– Бабушка по материнской линии была из Ганы. А у вас?
– Мама – белая, отец – навахо. Вы, похоже, удивились, когда я заметила, что вы смешанная…
– Это правда.
– У меня щелкнуло в голове, как только я вас увидела.
Джейн сразу же вспомнилось тело Джареда Стилсона – его волосы – на стройплощадке. В момент, когда она их увидела, у нее тоже «щелкнуло в голове».
– Я недавно поняла, что обращаю внимание на смешанные пары, – сказала она. – И всегда смотрю, есть ли у них ребенок.
– Я тоже. Это что-то вроде узнавания и одновременно любопытства – хочется знать, похожи ли они на меня.
– Да! А если пара межрасовая, то какие именно расы смешались, уже и значения не имеет… их просто приятно видеть.
– Точно. – Эйприл, оживившись, подалась вперед. – Вообще-то, я собираюсь писать диссертацию по социологии на эту тему. По моему мнению, представители смешанных рас обладают двойной идентичностью, и я не имею в виду от каждого из родителей. Я говорю о другом уровне общности, который испытывают все люди смешанных рас. Одно из его проявлений – когда мы видим друг друга на улицах, улыбаемся и спрашиваем: «Ты тоже смешанный?» Это солидарность, не знающая границ, «смешанная идентичность», у которой нет ни языковых барьеров, ни национальностей.
Она улыбнулась, явно не тревожась из-за реакции аудитории – кто бы ее ни составлял.
Джейн кивнула:
– Понимаю… Так значит, «Мешанина» была не просто вашей случайной фантазией? Клуб был связан с научными интересами…
– Ну конечно. Вот почему было так обидно, когда записалось недостаточно людей. Я тогда была сильно занята и не успела сделать ему рекламу, как собиралась. Времени хватило только оформить стенд.
– И на этом стенде вы впервые познакомились с Риган и Джаредом?
– Риган пришла раньше Джареда. Я это запомнила, потому что мы с ней заговорили про то, как люди называют себя «наполовину» кем-то. А другие, наоборот, говорят, что у них двойная расовая принадлежность. Ей понравилась мысль про двойную.
Джейн снова кивнула.
– А она не упоминала, кем были ее родители?
– Сказала, что мать – белая американка, а отец китаец и родился в Китае. Однако его усыновила американская семья, тоже белая.
– Джаред участвовал в вашем разговоре?
– Да, и это было очень интересно. Он сказал, что, когда был младше, большинство окружающих не догадывались, что он смешанного происхождения. Судя по их отношению, Джаред понимал, что его считают белым, но просто не обращал внимания – его это не волновало. Только когда он пошел в колледж и перестал коротко стричься, чернокожие ребята на улицах впервые в жизни стали приветствовать его кивком. – Эйприл улыбнулась. – Он сказал, это было забавно, но немного странно. В общем, они с Риган продолжили общаться, а мне пришлось отвлечься на кого-то другого, кто подошел к стенду.
– Как думаете, Риган и Джаред уже были знакомы?
Эйприл покачала головой.
– Уверена, что нет, потому что я слышала, как они представлялись друг другу. Тогда я как раз подошла и напомнила им подписать петицию.
– Что они и сделали?
– Да.
– После этого вы их еще видели?
– Нет. Мы жили в разных общежитиях и все такое. Ну и поскольку клуба не получилось, мы больше не встречались.
– Ясно… – Джейн надо было все это обдумать.
– Но я знаю, кто еще подписал петицию, – сказала Эйприл. – Я сейчас запишу для вас имена.
Джейн в изумлении посмотрела, как та открывает свою папку и копирует оттуда список. Затем вырвала листок из блокнота и протянула ей.
– Уверена, список полный, – сказала она, указывая на него ручкой. На колпачке, поблескивая, болталась подвеска в виде звездочки.
– Спасибо. – По ощущениям Джейн, беседа прошла гораздо лучше, чем можно было ожидать. Детектив Уэст должен порадоваться. – Как вы запомнили все эти имена?
– О, я не запоминала. Просто сделала копию заявки, прежде чем ее подать. Хотя это и не имело смысла.
– Вы подали заявку? Но у вас же не набралось достаточного количества подписей?
Эйприл чарующе улыбнулась.
– Я это знала, но подумала, что стоит попробовать – вдруг они сделают исключение? И приложила сопроводительное письмо, где объясняла наши мотивы.
Джейн задумалась. Двое администраторов, с которыми она виделась днем, похоже, забыли, что «Мешанина» все-таки подавала заявку. С другой стороны, дело было несколько лет и много тысяч бумажек назад…
16
16
Выйдя из общежития Эйприл Бигей, Джейн закопалась в сумке в поисках кардигана, одновременно поглядывая на небо. С моря дул ветер, солнце уже садилось за верхушки деревьев. Не найдя кардиган, Джейн сунула нос в сумку – его там не было. Она вернулась туда, где сидели они с Эйприл, и нашла кардиган на полу. Подняв его и отряхнув, пошла в сторону парковки.
Отойдя от общежитий, Джейн оказалась на дорожке одна. По бокам росли высокие сосны; вся активность, кипевшая тут днем, казалось, переместилась в другую часть кампуса. Джейн поняла, что уже несколько раз оглянулась. Ей казалось, что она что-то слышит, но поблизости никого не было. Она не считала, что чересчур остро реагирует, – звук определенно был. Тут ей в голову пришла мысль. Джейн вытащила из сумки ключи и зажала связку в ладони так, чтобы они торчали между пальцами – этакий импровизированный кастет. Ей сразу стало спокойнее. Но звук раздался опять. С колотящимся сердцем она стремительно развернулась. Никого. Джейн решила, что дольше не вытерпит, и побежала назад к общежитиям, где еще не иссяк поток студентов. Однако, оказавшись там, она поняла, что, по ощущениям, от пикапа ее отделяет целый океан. Джейн спрашивала себя, о чем она думала, когда вернулась. Нельзя же торчать в кампусе до завтрашнего утра!
Смущенная, она позвонила офицеру Додду.