– В чем дело?

– Ни в чем.

Она откусила еще. Запила. Кивнула на груду бумаг на столе.

– Чем ты занимаешься?

– Составляю список дел.

– Своих?

– Твоих. Я отдам его Мари или кому ты скажешь. Надо заблокировать твои кредитки, связаться со страховой насчет машины – всё в этом роде. Думаю, у тебя вчера был с собой кошелек?

– Был. – Джейн вздохнула, думая о том, сколько причиняет всем хлопот. Взялась за второй тост и мельком бросила взгляд на Скотта. Он сидел нахмуренный. Она прекратила есть.

– Скотт, что такое?

Обеими руками он взлохматил себе волосы, потом пригладил их обратно. Поднявшись со стула, сказал:

– Ладно, обрисую тебе ситуацию. Вчерашний свидетель сказал копам, что ты была одна в кабине пикапа, когда свалилась в озеро.

Джейн не поняла, что в этом такого.

– И что? Я-то знаю, что была не одна.

Она откусила от тоста и снова посмотрела на Скотта. Судорожно сглотнула.

– Ты думаешь, я была одна, верно? Ты думаешь, я… – Потянулась поставить тарелку на журнальный столик. Боль вынудила ее поморщиться.

– Давай помогу.

– Я сама. – Однако от боли она выпустила тарелку, и та ударилась о стекло столешницы. Джейн с трудом выпрямилась, отстранившись от Скотта, пытавшегося помочь. Указав на синяки у себя на лице, сказала: – Он сделал это. Локтем. И чуть не раздавил мне ногу, понял? Он забрался через заднее стекло и выкрутил руль.

– Но ты ничего о нем не помнишь?

– Он был в черном и в какой-то маске, в которой выглядел… – она едва не сказала как чудовище. – В общем, в маске. Он был сильный и ничего не говорил. Просто залез внутрь, оттеснил меня в сторону, ударил по моей ноге своей ногой, а потом свернул в озеро.

– И что дальше? Он просто исчез?

– Тебя послушать, это прямо-таки невероятно!.. Да, он мог уплыть. Я не знаю как и куда. Все, что мне известно, – я выжила. Чего ты от меня хочешь?

Теперь уже и Скотт повысил голос:

– Я хочу, чтобы ты дала мне хоть что-нибудь. Что я мог бы противопоставить показаниям свидетеля.

– Но я не виновата, что свидетель ошибается. Почему ты не хочешь поверить мне?

– Но как и… и когда этот парень забрался в кузов твоего пикапа?

На Джейн внезапно навалилась страшная усталость.

– Я не знаю.

Скотт сбавил тон:

– А ты не допускаешь, что могла решить, будто в машине кто-то есть, хотя на самом деле никого не было? И тогда ты испугалась и случайно съехала с дороги?

Джейн открыла рот, чтобы возразить ему, но на кошмарную долю секунды задумалась, не может ли Скотт быть прав. А в следующую разозлилась на себя, что допустила такую мысль. Она знала, что произошло! Вот только Скотт ей не верил… Что ж, теперь все ясно. У них нет будущего. Джейн замутило. Она попыталась встать, но у нее подкашивались ноги. Скотту пришлось ее поднять, спрашивая, куда ей нужно. Со ртом, полным слюны, она пробормотала:

– В ванную.

Джейн едва успела наклониться над раковиной, как ее вырвало. Скотт придерживал ей волосы. Тошнота улеглась, но она еще постояла над раковиной, полоща рот.

– Пожалуйста, выйди, – попросила она.

– Ты уверена? – Голос Скотта дрогнул.

Джейн кивнула, так и стоя нагнувшись, пока он не закрыл дверь. Потом потянулась к унитазу, опустила крышку и рухнула поверх нее. Она была измучена, зла и обижена. Но прежде всего разочарована. И боялась, что если расплачется, то просто свернется клубком на полу и никогда больше не встанет. С трудом стащила с себя халат, и прикосновение мягкой ткани напомнило ей ласки Скотта – как он обнял ее, когда она так в этом нуждалась, как они этой ночью занимались любовью… Теперь между ними пролегла пропасть.

Она бросила халат в корзину для белья и включила душ. Встала под воду – и теплый поток милосердно скрыл слезы, катившиеся у нее по лицу, потому что Джейн все-таки плакала, тихо и горько, цепляясь за выложенную плиткой стену и упираясь в нее лбом.

* * *

Когда Эрик приехал к Джейн, Скотт уже готов был отправляться на встречу со свидетелем, но Эрику захотелось сначала повидаться с Джейн, если та позволит. Он постучал в дверь спальни, стоявшую открытой.

– Посетителей принимаешь?

– Эрик? Входи!

Она сидела на краю кровати в спортивных брюках и футболке и просушивала волосы полотенцем. Слабо улыбнувшись Эрику, попыталась подняться. Тот шагнул к ней.

– Не вставай. – Сев рядом, обнял ее за плечи. Джейн склонила к нему голову, потом подняла. – Как ты?

Она кивнула, но промолчала. Ему показалось, что Джейн всхлипнула, и действительно, она вытерла полотенцем лицо. Не хватало только, чтобы она из-за него плакала!

– Я ни о чем не собираюсь тебя спрашивать. Просто захотел повидать. И видеть тебя очень здорово. – Эрик снова ласково ее обнял и отпустил.

Она коротко поцеловала его в щеку.

– Спасибо, Эрик.

* * *

Спускаясь по лестнице в дуплексе Джейн, Скотт попросил Эрика сесть за руль. Тот кивнул, и они загрузились в «Субурбан».

– Без проблем. Когда приедет Стили?

– Должна быть с минуты на минуту. Можем ехать.

– Давай дождемся ее.

– Как хочешь. – Скотт откинулся на подголовник и прикрыл глаза.

На подъездную дорожку свернул темно-зеленый «Джип Ранглер», и Эрик воскликнул:

– Вот и она!

Скотт ответить не пожелал.

Эрик попробовал снова:

– Ты хоть немного поспал?

– Недостаточно.

– Нехорошо. Объяснимо, но нехорошо. – Эрик сделал паузу. – Джейн еще что-нибудь вспомнила про аварию?

– Она сказала, что синяки у нее на лице оставил нападавший, но…

– Но?..

– Думаю, они могут быть от дверцы пикапа, а она… ну, понимаешь… – Скотт снова прикрыл глаза и откинулся на подголовник.

– Синяки не с той стороны, где в пикапе дверца, Скотт.

Тот распахнул глаза и невидящим взглядом уставился в окно, представляя себе салон «Форда».

– Если она сидела за рулем и была пристегнута, – продолжал Эрик, – в правый висок ее могло ударить только что-то или кто-то с пассажирского сиденья – или из центра.

– И правда… почему я об этом не подумал?

– Это был мой следующий вопрос, потому что так ты должен был рассуждать – если уж не собирался верить ей на слово.

Скотт состроил гримасу. Эрик покосился на него.

– Да что с тобой такое? Прошлым вечером в госпитале ты был уверен, что о попытке суицида не может быть и речи. А теперь настаиваешь на нем, несмотря на слова Джейн? Не пойму я тебя.

Скотт решил признаться:

– Слушай, я не хочу, чтобы кто-нибудь об этом знал, но, когда я вчера приехал в госпиталь, Эрик… она сказала мне «прости».

– За что?

– Она не объяснила.

– И ты сам додумал, не так ли? – недоверчиво переспросил Эрик. – Тебя нельзя подпускать к людям в одиночку, Хьюстон! Мало ли что она могла иметь в виду… И потом, она же была на лекарствах, разве нет?

Скотт устало кивнул.

– С этого и надо было начинать. Люди под лекарствами чего только не говорят! Спроси ее прямо, что она имела в виду, когда извинилась. Никогда не слышал о такой технике? Называется «двусторонняя коммуникация». Гораздо лучше, чем выдумывать самому, тем более в стрессовой ситуации и при недостатке сна.

Скотт выдержал паузу.

– Ты закончил?

– Пока что да.

– Прекрасно.

– Прекрасно. Потому что мы приехали.

Эрик свернул к жилому комплексу в форме подковы, состоящему из шестнадцати подъездов. Все выходили в вымощенный кирпичом двор с гигантским фикусом по центру. Толстый серый ствол окружала покрытая лаком деревянная скамья. Этот намек на спокойный домашний образ жизни поначалу отвлек Скотта от не лучшего состояния здания: облупившейся серо-голубой краски на оконных рамах и декоративных ставнях и покосившихся водосточных труб. Он подумал, что в засушливом климате Лос-Анджелеса починку водостоков можно откладывать сколько угодно, а вот рамы и ставни все-таки стоило бы перекрасить, но решил не делать поспешных выводов насчет содержания комплекса. И ему сразу пришло в голову, что именно так следовало поступить и с Джейн: подождать новой информации, прежде чем делать выводы. То есть поверить ей на слово. Он догнал Эрика у двери с приколоченной к ней серебристой цифрой 5. Эрик постучал, и внутри раздалось гулкое эхо.

Дверь приоткрылась, явив их взорам классического серфера в шортах с узором из цветов гибискуса и с бело-розовым коралловым ожерельем на шее поверх неистребимого загара. Он переступал с ноги на ногу, чтобы не выпустить из квартиры большущего пса, активно пытавшегося просунуть в дверь свой нос – а за ним и все остальное.

– Дерек Макбрайд?

– Да, это я.

Эрик показал свой значок.

– Я специальный агент Рамос, ФБР, а это мой напарник, агент Хьюстон. У нас к вам пара вопросов насчет автомобильной аварии, свидетелем которой вы стали вчера вечером.

– ФБР? – Дерек явно удивился. Пес тоже среагировал, проникнув еще дальше в щель приоткрытой двери. Теперь он мог смотреть на агентов хотя бы одним глазом. Его ноздри трепетали и раздувались.

– Думаю, на улице будет проще. Сейчас, только возьму поводок… – Парень закрыл дверь.

Они подождали его в тени фикуса. Немецкая овчарка на рулетке вытащила Дерека во двор. Пес старательно обнюхал ботинки Эрика и Скотта, ножки скамейки и несколько травинок, пробившихся сквозь кирпичи.

Эрик присел на скамью рядом с их свидетелем.

– Что вы делали на берегу Силвер-Лейк вчера вечером?

– Выгуливал Коди. Мы каждый вечер ходим туда гулять.

Пес задрал голову – вероятно, услышав слово «гулять», – но по знаку Дерека покорно уселся тому на ногу. Потом со вздохом лег и опустил голову на лапы, продолжая шумно дышать.