– Аналогично, – сказал Патель.

В гараже стояли Раджкумар, его жена с сыном и водитель. У водителя было каменное лицо. Возможно, будучи винтиком в индийской бюрократии, он понимал, что виноватым сделают именно его независимо от того, что пошло не так у вышестоящих.

Непривычный к спешке, Раджкумар с трудом переводил дух. Он смахнул с лица взлохмаченные волосы и просипел:

– Что все это значит?

Глава 31

Глава 31

Зажав телефон между ухом и плечом, Сара налила моющее средство в старую баночку от йогурта.

– Хотите сделать заказ? Откуда, говорите, вы знаете Виджая?

Она взглянула на часы, затем собрала перепачканные краской кисти и опустила в мыльный раствор. Рассеянно произнесла:

– М-м-м… Будет лучше, если вы напишете свои пожелания в письме. Тогда я смогу назвать вам цену в зависимости от сложности, сроки и количество материала. Давайте я дам… – Смущенно рассмеялась. – Ну, спасибо, да, среди женщин они пользуются популярностью. Какого рода? Что вы имеете в виду? Национальные черты? Что ж, Лондон крайне многообразен в… Нет? Их что?.. Ценности? Вы имеете в виду их доходы?

Сара слишком резко открыла кран, и ее обрызгало ледяной водой. Прикусив губу – поскольку пообещала себе, что в новом году перестанет выражаться, – она разложила кисти на столешнице и оторвала бумажное полотенце от рулона.

– Знаете, я сейчас привожу в порядок студию… Может, я вам перезвоню? Как ваше имя? В конце «У», верно? Так, а у вас есть какое-то название для вашего проекта? Вполне очевидно?.. Позвольте я запишу. – Она порылась в сумке в поисках бумаги и ручки. – Так… ага… есть. Это лично для себя? А… Всем мужчинам. Звучит интересно. Я люблю такие вызовы. Да, я сразу вам позвоню. В течение часа. Да.

Сара убрала телефон и улыбнулась себе в зеркало. Стерла гипсовую пыль со лба. Сняла фартук и повесила у двери к десятку других, таких же запачканных. Подхватила плащ с сумкой и сбежала по лестнице.

– Прости, немного задержалась, – сказала она молодому человеку за стойкой.

Тот качнул головой и загадочно улыбнулся в ухоженную бороду.

– До завтра, – добавила Сара и вышла в сумерки, довольная перспективой нового заказа. И не откуда-нибудь, а из самой Индии.

* * *

Едва завидев станцию метро, Сара простонала. Очередь огибала здание и тянулась по Лэтхем-роуд. Обслуживание по урезанному графику, хотя рождественские выходные уже прошли. «Вот уж хрен», – подумала Сара. Про себя ругань не в счет. Лучше выпить кофе и вернуться через полчаса, когда минует самый пик. В конце концов, дома ее никто не ждал. Даже кошки не было.

Сара огляделась в поисках ближайшей кофейни. Хотелось, чтобы Виджай был сейчас рядом. Он кому-то рассказал о ее работе, да так, что они захотели сделать заказ… Невероятно. Сара вытянула лицо в нарочитом восхищении – сделала мордочку ламы, как выражалась ее племянница. Прошла мимо кофейни, где было слишком много народу. Мать с ребенком дожидались автобуса на остановке. Малыш с темными волосами держался за мамину руку. У них будет такой же – темноволосый, с серыми глазами. В их семье глаза у всех были голубые либо зеленые. У Виджая цвет, близкий к каштановому. Сара представила ребенка с темными волосами и голубыми глазами, и ее пробрал холод. У них тоже будут взлеты и падения, как у всех других пар. Но за время его отсутствия Сара поняла, что, несмотря на все их трения, действительно любит Виджая. И хотела создать с ним семью. Ей не терпелось сообщить ему об этом.

Сара вошла в «Кафе неро», выбрала столик. Стену украшал постер, на котором старые греки курили и попивали настоящий греческий кофе. Она проверила почту. Конечно, за это время вряд ли он успел что-либо отправить. У него был прелестный акцент. Сара попыталась представить его. Невысокого роста, с добрыми глазами и глубоким голосом. Как тот писатель… Викрам Сет? Она была однажды на его чтениях, еще в девяностые.

Как он там это назвал? Сара порылась в сумке в поисках оборванного листка. Куда оно подевалось? Казалось странным, что скульптура, символизирующая женские сексуальные свободы, пробудила в нем желание выразить свои идеи маскулинности. Или это и было странным? Возможно, это вполне адекватная реакция. Она глотнула кофе. Гармония инь и ян. Возможно, женское направление в ее творчестве могло спровоцировать серию мужских проектов… Так или иначе, заказ обещал быть интересным. Конечно, если дойдет до реализации. Многие поначалу проявляли внимание, а после теряли интерес. Или пугались ее расценок. Сара снова проверила почту. Ничего. Она огляделась. Пожилая пара в полном умиротворении поедала тосты и оладьи. Несколько студентов. Женщина ее возраста, но, вероятно, какой-то офисной профессии: элегантный плащ, черные туфли… Она подняла глаза.

Сара поспешно отвела взгляд и, уткнувшись в телефон, подключилась к бесплатному вай-фаю. При этом в поле ее зрения попал клочок бумаги, придавленный подошвой. Должно быть, выпал из сумки. Сара наклонилась, подобрала листок и прочла, что там написано. Звучало как цитата из священного писания. Своего рода мифологический текст. Она запустила браузер и ввела запрос «воскрешение ману».

Ссылка на какой-то блог. Книга на «Амазоне». Сара щелкнула на книгу. «Учение Ману», автор Валармики. Необычное имя… По всей видимости, самиздат. Она вернулась к поиску, открыла блог, озаглавленный как «Размышления Ману». Что-то в манере письма выдавало в нем потенциального заказчика. Да, автор блога – Ману Пуруш. Какое-то восточное имя… Сара прокрутила вниз, прочла по диагонали несколько записей, глотнула кофе. Стала читать дальше – и вскоре позабыла обо всем. Кофе остыл; Сара продолжала читать, уже внимательно. Скулы свело, она едва дышала.

Неуклюже перехватила телефон и выронила. Тот ударился об пол.

– Срань, – выругалась она в голос.

Все вокруг оглянулись на нее. Двое пожилых неодобрительно покачали головами.

По экрану расходились трещины. Сара нажала кнопку. К ее облегчению, телефон еще работал. Она позвонила Пателю.

– Это я…

Глава 32

Глава 32

– Доставьте его на самолет в наручниках, – велел Раджкумар двум констеблям.

Один смиренно кивнул. Второй, не столь покорный, попытался возразить:

– Но, сэр, кто освободит его по прилету?

– По мне так хоть паяльной лампой пусть режут.

Констебли переглянулись.

– Как скажете, сэр.

Подскакивая на выбоинах, «Болеро» покатил прочь от дома Раджкумара. Патель посмотрел в зеркало заднего вида. Чандра беспомощно помахала им вслед.

Машина, не сбавляя скорости, завернула за угол. Сержант поискал ремень, но тщетно. Все тщетно, все без толку. Как могло ему взбрести в голову, что Раджкумар держит орудие убийства в собственном доме? Вряд ли это укрылось бы от жены или сына. И как насчет запаса блуз и сари? Ни в доме, ни в гараже не нашлось ничего такого, что заставило бы подозревать Раджкумара. Но и в совпадения верилось с большим трудом. Чтобы орудие убийства, столь неординарное, представляло собой такое же устройство, какое Раджкумар присвоил два года назад после рейда… Разве что Перумал солгал им. Но насколько велика вероятность этого? С чего бы Перумалу лгать на сей счет?

Дождь хлестал по окнам. Пателю оставалось лишь беспомощно ждать. В 4.15 он уже будет в Гэтвике. Чандра пойдет объясняться перед Раджкумаром. Высокие индийские голоса по радио раздражали слух.

– Зачем же так пищать, – проворчал Патель.

– А? – спросил констебль рядом с ним.

Сержант, не обратив на него внимания, посмотрел в окно. Тропический дождь свел видимость до минимума.

Зазвонил телефон. Патель неуклюже достал его из кармана пиджака; позвякивая наручниками, переложил из левой руки в правую. Но в этот момент машину тряхнуло на выбоине. Телефон оказался на полу и теперь трезвонил где-то в темноте под ногами. Констебль поцокал, затем достал ключ и отстегнул наручники.

– Надену обратно, когда приедем в аэропорт, – предупредил он.

Патель пошарил по полу, нашел телефон, который уже замолк. Сара. Палец завис над кнопкой ответного звонка. К чему сотрясать воздух, если утром они и так увидятся… За время перелета пять часов волшебным образом испарялись, так что к девяти он будет уже в Лондоне.

– Не перезвоните? – спросил констебль.

Конечно, для индийцев не перезвонить было равносильно святотатству. Наряду с убийством коров. Коровы, коровы, коровы… Да где же этот сраный пистолет? Телефон снова зазвонил. Сара? Нет. Чандра.

– Алло, – ответил Патель.

– У Раджкумара есть второй дом в Калимпи.

– Где?

– В пригороде. Это его жена сказала. Похоже, не очень-то она его и любит. Он в бешенстве. Думаю, дом нигде не зарегистрирован. Понятно, что ему приходилось брать на лапу. Все эти подрядчики таинственным образом ускользали от меня. В общем, я сейчас еду туда. Раджкумар отстранил меня на месяц, так что времени у меня вагон.

– Будь осторожна, – сказал Патель. – Ты не можешь полагаться на подкрепление.

– Никогда в жизни я не полагалась на подкрепление, Виджай Патель, – сказала Чандра и сбросила вызов.

* * *

Ничего не оставалось, кроме как откинуться на спинку и закрыть глаза. Телефон завибрировал. Голосовое сообщение. До аэропорта полтора часа пути. Чандра, не моргнув глазом, пустилась во все тяжкие. Хватило бы ему смелости на такое? Он не был уверен. Действовать на свой страх и риск у него получалось плохо. Все перемены в его жизни, казалось, происходили без его участия. Он двигался в одном направлении, затем судьба хватала его за шкирку и разворачивала в другую сторону. По иронии судьбы, в детстве он часто воображал себя сыщиком вроде Шерлока Холмса. Жил в собственном мире, оторванный от реальности. По этой причине отец записал его на занятия по крикету в Лестерскую академию крикета. Он считал сына слишком мечтательным и мягким, что в его ментальности было неприемлемо. Все взаимоотношения Пателя строились вокруг крикета. Тренер сказал, что у него талант, взял под свое крыло, стал своего рода суррогатным родителем. Мама лишь растерянно наблюдала со стороны: тренер решал, что ему есть, в какое время спать и когда тренироваться. Патель не успел оглянуться, как попал в сборную графства, а потом и страны. Вступил в насыщенную спортивную жизнь. И вдруг, словно по щелчку пальцев, – ничего. Годы упорного труда, тренировок, диет – всё впустую. На карьере поставлен крест. Он вернулся домой и безвылазно сидел в своей комнате, как подросток, залечивая раны историями о Шерлоке Холмсе. Снова слонялся, погруженный в собственный мир. Его затягивало в бездну отчаяния. Отец не знал, как подступиться к нему. В конце концов мама убедила его поступить на курс криминологии.