Дэвид обогнул машину спереди:

– Доун, позволь мне…

– Нет! – выкрикнула она. – Я не позволю тебе это улаживать. Больше, солнце, такого не будет.

Медж в эту дискуссию не вовлекался. Едва лишь завидев автомобиль, он понял: все предначертано. Из того, как скоро Дэвид прибыл сюда после ухода Лиззи (и через считаные минуты после того, как была раскрыта сущность Райнхарта), явствовало одно: с этой шуткой пора заканчивать. Или Дэвид вернет ему достойное место в своей жизни, или он, Медж, займет его сам – если понадобится, то и силой.

Доун то ли прочла это в его взгляде, то ли почувствовала нутром: вышагнув вперед, она твердо и нежно отстранила мужа рукой.

– Я не хочу причинить вам вреда, – делая шаг ей навстречу, произнес Медж. – Прошу вас, отойдите.

– Нет, – отрезала Доун, – я этого не сделаю.

– Он мой.

– Мой.

– Я заслуживаю его жизнь. Именно я делал в ней все, что можно назвать более-менее заметным. А он лгун и паразитирующий приспособленец. Только и делает, что берет, берет. Как, собственно, и вы все.

– Нет, он не такой! – выкрикнула Доун.

– Ну-у, знаете… – Медж с сердитым недоумением развел руками. – Если вам неизвестно про него это, то вы не знаете о нем ничего.

– Я знаю, кто он. А вы – лишь то, кем он был. Люди меняются, и дружба между ними иссякает. Усвойте это.