Потом следующая мысль озарила её лицо смутной догадкой:

– Слушай… Я никогда об этом не размышляла. А у вас с Люком ничего такого не происходит?

Виола рассмеялась:

– Он мне нравится, правда. Он спокойный и рассудительный и подкармливает меня всё время вкусняшками. Но вот такого, как у вас, – девочка покрутила ладонью в воздухе, – такого нет совсем.

– Ладно, – вздохнула Роза, – так спокойнее. Что это у тебя, тост? Я съем?

– Да, я забыла. Пойдём лучше свежих наделаем. С мёдом или сыром. Ты не ужинала?

– Ха, мои в первый раз в жизни забыли про ужин, представляешь. Родители мрачнее тучи. Этот козёл Кирк и им проблем устроил. Поскорее бы всё разрешилось и его нашли! Кстати, а где твоя мама? Я привыкла, что у вас почти всё время машинка стрекочет.

– Я рассказала ей про папу.

– Да ладно! И что она?

– Убежала куда-то, а мне велела сидеть дома. Ну так что? Зовём мальчиков или ты Артура совсем видеть не хочешь?

Роза рассудила, что сейчас расследование важнее, чем личные дела, и дала добро.

– Кофе хочу, – призналась Виола, – будешь?

– Ага. Кофе и тосты на ужин, а почему нет? Никогда не думала, но ведь ограничение каких-то продуктов только завтраком напоминает заговор.

– Точно. Помнишь, к нам девочка по обмену приезжала.

– Из России?

– Ага. Так она всё просила суп, а мама его не особо умеет готовить. Пришлось учиться. Потому что обед без супа та девочка вообще пережить не могла, говорила, что желудок испортится. Получается, мы просто едим то, к чему привыкли.

Отвлекаясь на несерьёзные разговоры, Виола и Роза поддерживали друг друга. А когда Люк и Артур появились на пороге, тяжесть ситуации словно нависла над ними всеми с новой силой.

– Кофе варите? – удивился Люк, входя в кухню. – Вечером?

– Ну и что, – пожала плечами Роза, вставая спиной к Артуру, – всё равно рано не ляжем, хотелось бы хоть каких-то новостей дождаться.

– И то правда, – согласился Люк, – тогда и я буду. Вот, Виола, смотри, что принес.

Это было домашнее ореховое печенье миссис Новак. Роза с трудом подавила смешок, ведь подруга только-только рассказала ей о вкусностях, которыми её угощает Люк.

– Супер! – воодушевился Артур. – Кофеин и глюкоза помогут нам лучше думать.

– Думай не думай, а что мы сделаем-то? – Виола упала духом, и это было на неё совсем не похоже.

Конечно, трудно, когда дело касается близкого человека и ты не понимаешь, в беде он или сам творит ужасные вещи. Вынужден был сбежать или предал тебя, единственную дочь?

Роза фыркнула, когда Артур подошёл близко и потянулся к открытому пакету с печеньем. И тогда мальчик не выдержал. Со вчерашнего дня он пытался делать вид, что ничего не произошло. Ведь непонятная реакция Розы смутила его и даже заставила немного злиться.

– Ну всё, – сказал Артур, хватая Розу за руку, – пошли отойдём.

– Куда?! – возмутилась та, вырывая ладонь.

Сделать это у неё не получилось и, сгорая от стыда перед Люком и Виолой, она предпочла подчиниться. Артур потащил Розу по коридору к выходу на задний двор, друзья проводили их удивлёнными взглядами.

– Что ты делаешь? – возмущалась девочка. – Отпусти, я сама пойду. Не надо меня вести за ручку как маленькую!

Дверь в сад не открылась (Виола заперла её, когда пришла подруга), и это к лучшему. Не хватало, чтобы дедушка случайно их увидел!

– Я стащил брелок. Точнее, не отдал его тогда не потому, что мне хотелось, чтобы ты помучилась и поискала.

Роза не знала, куда себя деть. Она отвернулась и стала рассматривать столик на высоких ножках. Под ним на случай непогоды стояли блестящие резиновые сапожки Виолы и её мамы, а сверху на крючках висели панамы, передник и рабочие перчатки. Трава за стеклянной дверью казалась ярко-изумрудной в лучах закатного солнца и навевала мысли о лете.

– Я оставил четырёхлистник, – голос Артура звучал хрипло, как будто его горло мгновенно пересохло, – потому что мне нравилось, что у меня теперь есть частичка тебя. Потому что ты умная и красивая. И мне хорошо, когда ты смеёшься над моими дурацкими шутками.

К дикому смущению, что испытывала Роза, добавилась радость. Артур очень давно нравился ей, но вот взаимно ли это чувство, Роза не знала. Раньше не знала. Артур замолк, не зная, что сказать дальше. Будь он чуть старше, он бы подумал о том, чтобы…

Когда Роза подумала о том же, она поняла, что прямо сейчас умрёт от разрывающих сердце чувств, и взяла всё в свои руки. Она повернулась к Артуру, несмотря на то, что лицо пылало. Сказала скороговоркой:

– Я поняла. Я не сержусь больше. Ты… Ты тоже классный. Правда. Но мы же можем пока оставить всё как есть?

– И ты снова будешь со мной разговаривать? – Артур спросил это с такой надеждой, что Роза рассмеялась:

– Конечно. Прежде всего мы друзья, а не только…

Продолжение фразы повисло в воздухе, Роза поперхнулась и закончила не так, как думала:

– Мне хорошо от того, что ты есть. И что мы можем разговаривать каждый день. И может быть, иногда гулять.

– Вдвоём? – быстро уточнил Артур. – Без Люка и Виолы?

От осознания того, что произошло, у него словно выросли крылья. Роза взяла его за руку и тихонько сжала её. Самая неловкая пауза в мире готова была обрушиться на ребят, но их спас крик Виолы:

– Не может быть! Эй вы, идите быстро сюда!

Глава девятая. Око змеи

Глава девятая. Око змеи

Конечно, Артур и Роза сразу же бросились к друзьям. Глаза Виолы сияли, она подтолкнула Люка:

– Расскажи им!

А сама, и слова не давая ему вставить, затараторила:

– Вот он кое-что заметил. И это такое облегчение! Я чувствовала, что-то не так с папой – в том смысле, что я пытаюсь его оправдать, придумать, что он нас не бросил и всё такое. Я рассказала сейчас Люку о маме, мы пытались понять, куда она ушла. И она сказала, что папа запретил ей говорить об этом. Но о чём, не объяснила!

– И? – Артур всё ещё не мог собраться с мыслями.

Виола заметила его блаженное выражение лица и подозрительно посмотрела на друзей. Потом хмыкнула и снова вернулась к теме разговора:

– Люк думает, что, может быть, мой папа не преступник! Может быть, он работает в органах безопасности!

– Какой безопасности? – Роза ещё ничего не поняла, но ей так понравилась мысль, что отец подруги может быть ни в чем не виноват!

– Ну я не разбираюсь в этом всём, – Виола замахала руками, – какие-то там агенты.

– Как в шпионских фильмах? – восхищенно уточнил Артур.

Слово взял Люк:

– Есть разные люди, которые работают на полицию и не только. Большинство обязаны хранить это всё в секрете. И я подумал, а вдруг папа Виолы на задании? Что, если он не просто так уехал в прошлом году? Я немного подслушивал папины разговоры с друзьями, когда был младше. Если человек подписал контракт, он должен хранить всё в тайне.

– А почему тогда он не придумал что-то для Виолы? – усомнилась Роза. – Работу новую, например.

– Я бы не поверила, – покачала головой её подруга, – что папа просто так уехал, да ещё и на связь почти не выходит, и домой не приезжает. А может быть, он всё это время готовился к заданию?

– Но какие у нас зацепки? Кроме непонятной фразы твоей мамы? – Артур хотел добраться до сути дела.

– Она сказала, что думала, что папа – наоборот. А потом замолкла, – объяснила Виола, – я не придала этому значения в тот момент, потому что нервничала из-за разговора. Но когда пересказала всё Люку, как будто со стороны увидела. Как будто в первый раз услышала! И ещё, что же там было?

Люк, к которому был обращен этот вопрос, сказал:

– Когда мистер Робертс спросил моего папу про отца Виолы – помните, мы подслушивали, папа ответил, что берёт это на себя. Но так нельзя! Это невозможно. Полицейский обязан быть беспристрастным. И он бы собрал всю информацию на папу Виолы тоже.

– Всё, я начинаю путаться. Виола, твоя тетрадка далеко? – спросил Артур, потирая виски.

Девочка метнулась в свою комнату, чтобы достать из тайника записи, которые вела каждый раз, когда Четвёрка занималась новым расследованием. А когда принесла, раскрыла её и положила на обеденный стол. Друзья сгрудились вокруг, изучая пометки Виолы. Вот как они выглядели:

«Проблема: похищены ящики с личными вещами Кристофера Ярелла (того самого).

Преступник: Кирк и ещё (папа?). Мистера Робертса запугали, ещё есть какие-то люди, работающие в околомузейной сфере.

Сложности: после признания Робертса родителям Артура и Розы устроили проблемы на работе. Про отца Люка не знаем, он молчит об этом.

Кто кого? Получится ли доказать, кто настоящие преступники?

Непонятно: зачем папе тот чердак?

Дата Икс: 16 сентября, когда должно быть открытие (приедет телевидение и какая-то проверка) и отсутствие экспонатов, прошедших по документам, заметит начальство мистера Робертса, целый зал пустой! А если выставка будет неполной, это поймёт сам Ярелл. Теперь уже точно, ведь он собрался приехать».

– Хм-хм, – вдруг сказала Роза, – я одного не пойму. Когда ты, Виола, ходила к Яреллу, он не знал, куда увезли его вещи. Не знал же? Или я путаю? С чего он теперь собрался в Трясину тогда?

Остальные резко выпрямились, ошарашенно глядя друг на друга.

– Он, кажется, думал, что выставка будет в столице, – задумчиво сказала Виола.

– А значит, кто-то сообщил ему, что вещи должны быть в Трясине… Но зачем? – спросил Артур.

– Он связался с помощником мистера Робертса. Кто вспомнит, как его зовут? Астон? – нахмурил лоб Люк.