– Они должны думать, что мы идиоты. Что нам повезло в прошлые разы. Только так мы сможем заманить Кирка в ловушку. Если он решит, что мы безмозглые дети, готовые отдать ему драгоценность взамен на пустые обещания, то расслабится.

– Согласна, – кивнула Роза, – притворимся тупыми. А ещё напуганными. Как будто мы уже сдались. Скажем что-то вроде того, что только не трогайте родителей, а на Эмиля и его отца нам всё равно.

– Коварно, – усмехнулся Люк, футболка которого уже была усыпана крошками чипсов.

– Нам нужно дать понять, что Око змеи у нас, – сказал Артур, – и что о нём не знает никто из взрослых. Но если мы боимся, то почему не отдали жароду, жеоду то есть, родителям?

– Потому что они не воспринимают нас всерьёз. Что не очень далеко от истины, – ответила Роза, – мы будто бы просили их прекратить помогать Робертсам и сами давно перестали. Кстати, нам теперь на руку, что мы Эмиля не видели пару дней. Выглядит так, будто мы поссорились.

– Всё-таки я сомневаюсь… Ну получилось у нас найти Кирка, – предположила Виола, – а потом что? Он подставляться не будет. А полиция ради нас засаду устраивать точно не станет. Нам нужно доказать Кирку, что он в полной безопасности, а самим записать его признание.

– Я пока вижу только один выход, – пожал плечами Люк, – встреча будет там, где скажет Кирк.

Роза прикусила губу, задумчиво глядя на друзей:

– У меня ещё мысль. Чтобы повысить шансы, я должна пойти одна. Ну, будто бы. Что я одна против всех решила это сделать. А ещё… я выкраду Око змеи у Виолы! Чтобы убедить их! Сначала я буду их упрашивать. Скажу, чтобы перестали портить жизнь моим родителям на работе. И предложу: вот, мол, могу принести такое ценное. И ещё притворюсь, что я не знаю истинную стоимость. Виола же гуглила, сколько там жеода эта стоит?

– Много, – ответил Артур, – даже жалко рисковать такой штукой.

– А мы сможем камеру спрятать? – засомневался Люк. – Надо же, чтобы она и звук писала хорошо. И Розе ещё надо будет разговорить этого Кирка.

– Не слишком рискованно одной идти? – Виола убрала с блестящих распущенных волос подруги крошку чипсов.

– Одна она точно не пойдёт, – горячо сказал Артур, – мы спрячемся неподалёку. Зависит от того, где пройдёт встреча. Сначала нужно подготовить технику. Кто у нас в этом шарит?

– Эмиль, – ответила Роза, – думаю, он будет не против помочь, хоть пока и проводит почти всё время рядом с отцом.

– А ещё попросим его найти контакты Остина. Лучше личный номер, чтобы он не боялся общаться. Артур, напишешь Эмилю?

– Ага, – друг согласился, убрал в сторонку чипсы и достал из кармана джинсов смартфон, – пишу… А что писать-то?

Под диктовку друзей Артур набрал сообщение. Эмиль ответил на удивление быстро, прислал голосовое:

– У меня есть в запасах камера. Но у неё глазок заметный. Нужно замаскировать. А ещё вайфай-сигнал нужен хороший, чтобы запись в облако шла. Она и так запишет – если что, выкачать можно будет. Но лучше сразу. Заберите камеру вечером, я буду дома часов в восемь, дольше в больнице оставаться не разрешают. Я всё отдам и покажу.

Аудио закончилось, и друзья помолчали. Пока у их родителей были всего лишь неприятности на работе, а вот отец Эмиля сильно пострадал. И неизвестно, что будет, когда его выпишут…

– Мы должны это сделать, – твёрдо сказала Роза, первой нарушив тишину, – а насчёт камеры есть идея. Если размер подойдёт – у моего брелока-брошки вывалилась серединка. Если поместится, можно поставить туда.

– Но глазок всё равно будет видно, – возразила Виола.

– Значит, прикроем стекляшкой или пластиком, – ответила ей подруга, – а ещё я надену свой самый пёстрый наряд. Чтобы везде были оборки и бантики и брошка не выделялась. Мне сейчас нужно понять: что должен сказать Кирк, чтобы это помогло делу?

– Признаться, что он шантажировал мистера Робертса. И сказать, для кого и чего он те ящики украл. Да даже просто тот факт, что он знает про то, где ящики лежали, уже говорит о его причастности. Но, Роза, как ты умудришься его разговорить? – Артур явно не до конца верил в реальность их плана.

– Буду импровизировать.

– И тебе не страшно? – спросил Люк, глядя на подругу.

– Страшно, – призналась Роза, – очень. Но оставить всё как есть – ещё хуже. Не попытаться всё исправить, а потом всю жизнь провести с чувством вины? Начну со звонка Остину.

Телефон Артура пиликнул, он показал экран:

– Ты экстрасенс, Роза. Эмиль как раз прислал номер.

Девочка побледнела; медленно проговаривая цифры, она внесла контакт помощника Робертса в список контактов. А потом, не давая себе долго думать, нажала на зелёную иконку с трубкой. Остальные замолкли в ужасе.

– Алло? – низкий мужской голос был слышен даже через внутренний динамик.

– Здравствуйте! – тонким голосом сказала Роза. – Я хочу попросить вас передать… Мне нужен Кирк.

– Какой ещё Кирк? – тон Остина сразу стал ледяным.

– У меня есть драгоценность! Точнее, будет. Ярелл подарил моей подруге Око змеи. Очень дорогая вещь. А у мамы с папой проблемы на работе, бабушка плачет, а я спать не могу.

Девочка натурально всхлипнула:

– Директор ваш что-то натворил. Мы думали, будет интересно, стали расследовать. А теперь вот! Если я отдам вам ту штуку, вы отстанете от моих родителей? Ну пожалуйста!

– Что за бред? О чём ты, девочка? Не звони сюда больше!

В трубке раздались гудки. Роза растерянно посмотрела на друзей. Через минуту на телефон девочки пришёл вызов со скрытого номера, Роза нажала на зелёную иконку.

– Задний вход музея в одиннадцать вечера. Приходи одна. Если с тобой кто-то будет, я всех собак на тебя спущу. Ясно?

– Да, – пискнула Роза, – только я боюсь собак!

– Это фигуральное выражение, дурочка. Мы можем довести твоих родителей до куда более серьёзных проблем. Вся информация – вечером.

И звонок сбросился.

– Как я сбегу из дома так поздно? – растерянно спросила Роза у друзей.

Виола подумала пару секунд:

– Ночевать ко мне придешь. Типа. Ну и пойдём вместе, конечно.

– Тебе нельзя там показываться, – возразила Роза, – я же у тебя это Око украсть должна.

– Это правда. Лучше, чтобы всем казалось, что мы в ссоре, как с Эмилем или вроде того, – сказал Артур.

– Это успеем обсудить. Сейчас надо девочкам договориться со старшими Розы. А мы сходим к Эмилю?

Последнее Люк спросил у Артура, а тот кивнул. На том и порешили. Мальчики забрали у Розы брелок и отправились за техникой.

Над вечерней Трясиной повисла пелена дождя, и листья вездесущей мышиной ягоды покрылись мелкими каплями, среди которых сверкали ярко-синие плоды. Брусчатка в центре стала блестящей, и люди, выходя с работы, торопливо распахивали зонтики. В этом городе, особенно в межсезонье, без зонта или дождевика выходить из дома было не принято: утром или вечером всегда был риск вымокнуть.

Артур и Люк уместились под клетчатым зонтом мистера Ли – идти так было не очень удобно, но второй, большой, отдали девочкам. Они тихо разошлись в разные стороны, чтобы поскорее решить все вопросы.

К Эмилю в квартиру заходить не стали, мальчик вынес им коробку в подъезд. Объяснил, где какие провода, как заряжать и как настроить передачу данных на облако.

– Как там у вас? – неопределённо спросил Люк перед тем, как уйти.

– Более-менее, – пожал плечами Эмиль, – разрешают кормить его домашним. Мама уже забыла, где у неё ноутбук лежит, готовит всё время, потом ищет в цветочной лавке какие-то ирисы, которые папа любит. Ему нервничать нельзя, переживать. Если получится, мы потом уедем. Но пока ещё… ничего не известно.

Друзья неловко замолкли, ведь вопрос о том, грозит ли мистеру Робертсу тюремный срок, висел в воздухе. Они поблагодарили Эмиля и отправились снова к Артуру, чтобы разобраться с камерой.

А Виола тем временем уговаривала дедушку Розы:

– Я эту домашку без неё ни за что не сделаю. И мой дом рядом, вон окна видны. Ну пожалуйста!

Бабушка тихонько качала головой, она устала быть рефери во взаимоотношениях мужа и внучки: у обоих были сильные характеры, и в спорные моменты никто не хотел уступать. Тогда Роза пошла на запрещённый приём, она сложила руки на груди, замолчала и поджала губы. Именно так поступала дедушкина мама, на которую девочка была очень похожа и которую боялась вся округа. Дедушка дрогнул:

– Спать в десять! И пусть мама Виолы позвонит, скажет, что она не против!

Когда девочки убежали, как будто их унесло ветром, бабушка покачала головой:

– Есть ведь свой дом. Зачем у кого-то ночевать? Причуды это…

Уже совсем поздно Артур и Люк принесли девочкам жучок:

– Кое-как настроили, зарядили. Должно сработать, только надо раздачу сети включить с телефона и заранее подключить устройство. Проверим сегодня звук. Мы подумали и решили, что спрячемся за морозилкой кафе. Ну той, которую они на улице оставляют. Будем сидеть тихо, как мыши. Если что – кричи сразу. Добежим за тридцать секунд.

– Откуда такая точность? – улыбнулась Роза.

– Проверили, – признался Люк, – ну, на связи.

– Пока! – Виола закрыла дверь и посмотрела на подругу, стоящую в розовой пижаме с зайчиком. – Может, так и пойдём?

Роза улыбнулась ещё шире, и стало понятно, что её пробирает нервный смех:

– Чтобы Остин точно решил, что я ку-ку?

Если бы мама Виолы знала, что задумала дочь, ни за что не легла бы спать пораньше. Но она так устала от шитья бесконечных танцевальных костюмов, что попросила: