Товарищ походный атаман (новые документы о двурушничестве Тимофея Ивановича Доманова)

Товарищ походный атаман (новые документы о двурушничестве Тимофея Ивановича Доманова)

Павел Маркович Полян

д-р геогр. наук, профессор НИУ «Высшая школа экономики», ведущий научный сотрудник Института географии РАН, г. Москва

Аннотация. В статье рассказывается об одном из антисоветских казачьих лидеров Второй мировой войны Т И. Доманове. Публикуются документы, демонстрирующие его довоенные связи с НКВД и попытки после войны оправдать переход на сторону противника.

Ключевые слова: Краснов П. Н., Доманов Т И., коллаборационизм, выдача казаков в Лиенце.

В 2000-е гг. исторические исследования коллаборационизма советского казачества в годы Второй мировой войны основательно продвинулись вперед^[924]. Тем не менее до сих пор в историографии решительно доминируют эмигрантские публикации, акцентирующие внимание на обстоятельствах выдачи «несчастных» казаков (особенно из числа эмигрантов) «вероломными» англичанами «кровожадным» Советам, то есть послевоенной насильственной репатриации личного состава гитлеровских казачьих соединений и гражданских членов семей казаков. Этот нарратив подразумевает осознанно пониженное (вплоть до игнорирования) внимание к собственно «боевому пути» различных казачьих соединений, закончившемуся в апреле — мае 1945 г. в очаровательных долинах Восточного Тироля, Штирии или Каринтии.

Тут еще многое предстоит выявить и ввести в научный оборот, в т. ч. освоить уже опубликованные эго-документы. Вот выдержка из воспоминаний Елизаветы Егоровой, жительницы разрушенного Сталинграда, бежавшей из города внутрь оккупированной зоны и пытавшейся прорваться сквозь казачьи кордоны: «Молодежь не могла устроиться на хуторах. Вокруг Калитвы были казачьи посты, они возвращали назад: ни вперед, ни назад ходу не было. Говорили, что некоторых пропускали за барахло и золото <…> Немногие честные люди, которые из рабочего слоя и в большинстве своем приехавшие сюда по набору рабочей силы на шахты, они были в тени при фашистах. Их зажимали, провоцировали и, если что случалось, все сваливали, говорили на нас, на них, что мы партизаны. Ни одного казака не оказывалось партизаном, тех немногих не видно было <…> Но казачье распоясалось, особенно на горняцкой гряде шахт, они возомнили себя хозяевами всей страны, как при царях, при временном правительстве, да и сейчас горланили, что если б не их дедушка, как они выражались, генерал Краснов, нам бы подыхать с голоду; что они кормят всю кацапню, которых надо перевешать и порубать начисто. Это можно было слышать всюду, только выйди на улицу»^[925].