В 1982 г. силами бывших узников концлагерей был создан музей. В его экспозиции представлены памятные сувениры и книги, привезенные из поездок узников в другие страны — Польшу, ГДР и Австрию. В коллекции есть сборники на польском и немецком языках, в которых поименно перечислены жертвы концентрационных лагерей. Среди экспонатов — горсти земли, привезенные бывшими узниками из их мест заключения, части проволочного ограждения одного из лагерей. Таким образом, память о нацистских преступлениях была вписана в общепринятый канонический нарратив о героическом сопротивлении пленных красноармейцев и оказалась сопряжена с общей антифашистской повесткой.

Однако долгое время в тени оставалась проблема символического закрепления страданий другой группы жертв нацистских репрессий — остарбайтеров. Переломить безразличное отношение к ним, судьбы которых последний раз упоминались в статьях ростовских газет еще во время войны, где предлагалось отомстить за «граждан, угнанных в немецкое рабство» ^[1367], смог ростовский писатель Виталий Сёмин в 1970-х гг. Автор сам был угнан на принудительные работы в Германии, об этих событиях он и писал в своем романе «Нагрудный знак „OST“»^[1368]. В 1976 г. роман был опубликован в журнале «Дружба народов», а в 1978 г. вышла отдельная книга, позже она была переиздана в ГДР, ФРГ и Чехословакии^[1369]. Этот роман привлек большое внимание к остарбайтерам не только в родном городе писателя, но и во всей стране.

В советский период произошло, на мой взгляд, главное — обозначение массовых мест гибели советских военнопленных. Хотя, по сути, само слово «военнопленный» ни на одном из памятников указано не было. А. А. Печерский и созданное общество РАБАС добились того, что на них не смотрели как на предателей Родины. Важно отметить, что изначально члены общества позволяли войти в свой состав только тем, кто в результате борьбы или при попытках к бегству оказывался в концентрационных лагерях, а не соглашался с участью пленного или принудительного рабочего в Германии.

Можно отметить, что в это же время, а именно в 1975 г., был открыт мемориал на Змиевской балке — месте расстрелов жителей Ростова-на-Дону во время оккупации. В августе 1942 г. здесь массово уничтожали евреев, однако в дальнейшем расстреливали и другие категории «лишнего», по мнению оккупантов, населения. В то время мемориал делал акценты на страданиях советских граждан, не выделяя различных категорий жертв, изначально на информационной табличке было обозначено: «Памяти жертв фашизма в Змиевской балке».