Через несколько дней ко мне в мастерскую зашел Вильцан Петр, которому я сказал: «Тебе придется отвечать перед советской властью и русским народом за то, что помогал немцам и латышам в их злодеяниях.». Вильцан Петр ответил мне: «Если придет советская власть, то, конечно, придется умирать, об этом я знаю».
3. Допрос Константина Ивановича Исаева от 7 сентября 1944 г
3. Допрос Константина Ивановича Исаева от 7 сентября 1944 г
Исаев Константин Иванович 1906 г[ода рождения], русский, малограмотный, женат, проживает г[оде] Двинск, ул[ица] Озерная, 47. Старый форштадт. Допрос ведет оперуполномоченный Двинского горотдела НКГБ Латв[ийской] ССР лейтенант госбезопасности Филиппов.
<…>
В конце августа 1941 г[ода] ко мне пришел полицейский Савицкий в 11 часов ночи и приказал мне одеться, взять лопату, и отвел меня в полицейский участок в 4-е отделение, расположенное на Старом форштадте[1493]. Там уже было с лопатами около 40 человек, пригнанных полицейскими для копки могил.
Двое полицейских (один Савицкий, другой с золотыми зубами, небольшого роста, фамилию не помню) повели нас копать могилы за Двинскую крепость, за пороховые склады метров 400, и здесь нас остановили. Савицкий стал шагами отмерять длину и ширину могилы, он очертил ногой черту, по которой приказал нам копать. Могила была длиной около 100 м[етров], а ширина около 3, глубина более 2 метров. Нас все время очень торопили, не давали и закурить. Савицкий ходил кругом и говорил: «Копайте быстрее, скоро и вам здесь, русским, будет место».
Копать могилу мы начали в первом часу ночи, а закончили в 6 часов утра. Стояло теплое красивое лето.
Когда мы выкопали могилу, нас никуда не отпускали, и мы все стояли с лопатами в метрах 200 в стороне от могилы.
Вопрос: Скажите, Вы видели, как привели на расстрел мирных жителей-евреев; если видели, то сколько привели, в какое время, и возраст? Расскажите подробно.
Ответ: Да, я эту кошмарную картину видел. Их пригнали около 750 человек, в 7 утра. Среди них были старики, дети, и много было женщин с грудными малютками на руках. В этой массе несчастных, обреченных на явную смерть, раздавались вопли, плач, переходивший в отчаянный крик. Дети от 7 до 12 лет спрашивали у матерей: «Что с нами будет?» И матери уговаривали детей: «Не плачьте, детки, мы немного прогуляемся и вернемся домой». Но все понимали, что не вернутся[1494].
Вопрос: Скажите сколько было охраны? Из кого она состояла? Если знаете, назовите их фамилии.
Ответ: Охраны было около 25 человек. Она состояла целиком из латышских полицейских. Фамилии помню только двух: Савицкий, проживавший на Видземской улице д. 15, Старый форштадт; второй — мой двоюродный брат, Филиппов Павел Дементьевич. Златогорская улица д. 63. Остальных лица знаю, а фамилий нет[1495].