Собственно «Нахтигаль» уже не участвовал в дальнейших львовских событиях: в июле — августе 1941 г. он находился в тылу продвигающихся вперед немецких войск. В августе немцы, не желая поддерживать среди украинцев беспочвенные надежды на государственный суверенитет, вывели с фронта «Нахтигаль» и «Роланд» (действовал в Южной Буковине), а потом расформировали их. Личный состав был зачислен в 201-й батальон вспомогательной полиции, выполнявший карательные функции на территории Белорусской ССР.

Одновременно осенью 1941 г. началась работа по созданию среднеазиатских и кавказских национальных частей. При абвере также решили сформировать подобный батальон, который получил название «Бергманн» — «Горец». В него зачисляли представителей кавказских народов — перебежчиков, военнопленных и эмигрантов. Политическим руководителем назначили Т. Оберлендера, поскольку еще в мирное время он сотрудничал с кавказскими эмигрантами, полагая, что в случае войны против СССР использование национального и исламского факторов^[1534] будет выгодным для Германии. Батальон формировался с ноября 1941 г. по март 1942 г. Т. Оберлендер вместе с заместителем бароном В. фон Кутченбахом лично объезжал лагеря для военнопленных в поисках рекрутеров. Формируемое подразделение состояло из 5 рот (в 1-й служили грузины, во 2-й — севе-рокавказцы, в 3-й — азербайджанцы, в 4-й — армяне, в 5-й — грузины-эмигранты, в состав последней входили армянский взвод «Бергстрейгер» («Альпинист») и специальный взвод, состоящий из немцев), а также диверсионного отряда «Тамара II» — всего около 1 200 человек, включая 300 германцев. Командный состав также был немецким^[1535].

После формирования «Бергманн» прошел горнострелковую подготовку в Альпах. 7–8 июля 1942 г. В. Канарис лично проинспектировал подразделение, к 19 июля оно было полностью готово к отправке на фронт. В конце августа батальон был переброшен на южный участок советско-германского фронта и придан 1-й танковой армии^[1536]. Во время движения по оккупированной территории бергманновцам-христианам было приказано выдавать себя за испанских басков, а мусульманам — за боснийцев. С самого начала «Бергманн» использовался по ротам, одни задействовались непосредственно на фронте, другие — одновременно и в карательных операциях в тылу. Сам батальон рассматривался как кадровый резерв чинов для оккупационной администрации, а из его состава формировали специальные разведывательно-диверсионные группы для захвата в советском тылу важных объектов промышленности и инфраструктуры, а также для поддержки антисоветских формирований. Фактически всю осень 1942 г. «Бергманн» как обычная пехотная часть вел бои в районе Моздока, Нальчика и Минеральных Вод, а также участвовал в карательных операциях. По сравнению с подобными национальными формированиями вермахта бергманновцы, как отмечает историк Э. Абрамян^[1537], отличались высоким уровнем боевого духа. Батальон нес большие потери, а за счет местного населения и перебежчиков в его составе сформировали еще 4 стрелковые роты и 4 кавалерийских отряда. Во время отступления немцев с Северного Кавказа «Бергманн» постоянно находился в арьергарде, в феврале 1943 г. был переброшен в Крым, а в апреле переформирован и включен в состав восточных легионов вермахта.