Газеты писали, что Великобритания направила в Южную Атлантику стратегический ракетоносец типа «Резолюшн» с намерением пустить в ход ракеты с ядерными боеголовками в случае потопления аргентинцами одного из авианосцев Вудворда либо лайнера «Куин Элизабет 2». Можно было бы отмахнуться от этих пропагандистских измышлений, не будь они упомянуты в «Официальной истории Фолклендской кампании». Профессор Фридман, допущенный к секретным документам, на этот счет авторитетно заверил: «…нет никаких архивных свидетельств, подтверждающих историю… что ПЛАРБ с баллистическими ракетами „Поларис“ ушла так далеко на юг, как остров Вознесения, чтобы составить угрозу или произвести демонстративный ядерный удар по Кордове в северной Аргентине в случае потери крупного корабля». Вероятно, какая-то подоплека все же имелась. Много позже также циркулировала информация, что 2 мая 1982 г. из Средиземного моря для слежения за британской ПЛАРБ «Рипалс», отправившейся из Гибралтара в сторону о. Вознесения, выходил отряд боевых кораблей Черноморского флота в составе противолодочного крейсера «Москва» со сторожевыми кораблями «Бодрый» и «Неукротимый». В следующем месяце, 12—18 июня, эти корабли нанесли дружественный визит в Луанду.
Другой проблемой, с которой столкнулись британцы, было то, что доставка атомных бомб к Фолклендам могла рассматриваться как нарушение Договора Тлателолько, протоколы которого Соединенное Королевство подписало в 1967 и ратифицировало в 1969 году и согласно которому Латинская Америка и прилежащие воды, включая Фолклендские острова, объявлялись безъядерной зоной. В этом отношении официальный Лондон придерживается позиции, что «суда с ядерным оружием не входили в пределы 3-мильной зоны территориальных вод вокруг Фолклендских островов, что являлось бы нарушением Договора Тлателолько».
Организация обороны Мальвинских островов
Организация обороны Мальвинских островов
Победная эйфория, охватившая Аргентину 2 апреля 1982 года, быстро испарилась, уступая место, подобно тягостному утреннему похмелью после удавшейся вечеринки, осознанию, что для осуществления заветной мечты о суверенитете над Мальвинами недостаточно просто занять острова, их нужно еще и удержать. И, возможно, даже сражаться за них. Хотя в то, что дело обернется настоящей войной, все равно не хотелось верить. Тем не менее требовалось не мешкая организовать оборону архипелага и подготовиться к ведению военной кампании против британцев.
Аргентинцы обладали значительными военными силами, в то же время их способность встретить противника во всеоружии ограничивалась рядом факторов. Во-первых, как уже сказано, исходно отстаивать острова не предполагалось. Ставка делалась на то, что «восстановление Мальвин» пройдет безответно. Как следствие, их оборона, когда стала очевидной ее необходимость, создавалась экстренно и непланомерно. Впрочем, нужно понимать, что в значительной мере именно благодаря столь самонадеянному подходу подготовка вторжения осталась вне поля зрения британской разведки. В противном случае, если бы ввод аргентинских войск на Фолкленды сразу готовился с тем размахом, который он принял после 5 апреля, его едва бы удалось сохранить в тайне.