Разведывательные полеты «семьсот седьмых» продолжались и после того, как Лондоном 23 апреля через швейцарское посольство была передана угроза перехватывать «в порядке права на самооборону» любой самолет или корабль, приблизившийся к британской эскадре. Однако аргентинцы стали проявлять осторожность: держаться пассажирских трасс, чтобы выглядеть как рейсовый авиалайнер, использовать сложные метеорологические условия шторма или тумана, когда противник не мог быстро поднять в воздух перехватчики, и не подлетать к нему ближе чем на 60 морских миль. Тем не менее 25 апреля TC-91 был снова преследуем «Си Харриером», и аргентинцы с ужасом услышали по коротковолновому радио, использовавшемуся британцами для связи между кораблями и самолетами, как пилот истребителя запрашивает разрешение применить оружие. К их счастью, он его не получил. Последний вылет «семьсот седьмых» на слежение за британской авианосной группой состоялся 29 апреля. После этого они переключились на наблюдение за менее опасными объектами, а именно – развертыванием британских амфибийных сил и движением судов снабжения.

После начала активной фазы конфликта морская разведка велась с использованием разнородных воздушных сил. Наряду с имевшимися у флота двумя SP-2H «Нептун», пятью S-2E «Треккер» и тремя авиалайнерами L-188 «Электра» для осуществления разведывательных полетов привлекались самолеты 1-й транспортной и 9-й (смешанной) авиагрупп ВВС Аргентины, в т. ч. «Боинг-707», Фоккер F-27, а также «Лирджет-35A» эскадрильи «Феникс». При этом аргентинцы старались действовать осмотрительно и избегать попадания их разведчиков в пределы досягаемости зональной ПВО британской корабельной группировки. 5 мая в 9-й воздушной бригаде была создана группа воздушной разведки и распознавания (Grupo de Exploración y Reconocimiento Aéreo), основу которой составили турбовинтовые лайнеры Фоккер F-27, выделенные из состава 1-й таг как не задействованные в осуществлении воздушного моста с Мальвинами. Ее задачей было осуществлять воздушную разведку на дальность до 300 морских миль от аргентинского побережья с охватом от 39-й по 56-й параллели в интересах Оперативного командования на ТВД Южная Атлантика.

Морская компонента GT 17 состояла из двух элементов: грузопассажирское судно компании ELMA «Тьерра дель Фуэго» (ET 17.2) и рыболовные траулеры «Мар Асуль», «Мария Луиза», «Усурбиль» (ET 17.3). Они несли дозор на предполагаемом маршруте британского корабельного соединения на широтах 40°00′ и 33°55′ ю.ш. соответственно. В отличие от советских разведывательных кораблей, имеющих конструктивное сходство с рыболовецкими судами, но изнутри начиненных специальными радиотехническими средствами и укомплектованных военным экипажем, у аргентинцев в этой роли выступали сугубо гражданские суда. Присутствие военных на них ограничивалось лицами, отвечавшими непосредственно за сбор и передачу разведывательной информации. Для гражданских моряков участие в этих мероприятиях было делом добровольным, но большинство почли за честь внести свой вклад в борьбу за Мальвины. Еще одна дозорная линия, состоявшая из траулеров «Констанса», «Мария Алехандра» и «Нарвал» была 26 апреля развернута на рубеже 48°00′ ю.ш. 54°30′ з.д. – 50º25′ ю.ш. 53º35′ з.д., примерно в 300 морских милях северо-восточнее Фолклендов. Именно эти суда сообщили о приближении соединения адмирала Вудворда к границам 200-мильной зоны, а затем вели наблюдение в северо-восточной ее части. Использование гражданских судов в качестве морских разведчиков на путях развертывания сил противника продолжалось до 9 мая, когда вышедшие из терпения британцы не устроили одному из них «показательную порку» – аргентинский рыболовный флот недосчитался траулера «Нарвал».