Светлый фон

Отдельным разведывательным мероприятием стали плавания аргентинских торговых судов к острову Вознесения. Наибольшую известность получила одиссея теплохода компании ELMA «Рио де Ла Плата», хотя он был далеко не единственным, выполнившим эту миссию. Кроме него, там побывали «Альмиранте Стюарт», «Гласьер Перито Морено», «Гласьер Амегино» и «Рио Кальчаки». Однако лавры чаще всего достаются пионерам.

Знаменательные события 2 апреля 1982 г. застали «Рио де Ла Плата» далеко от Аргентины и Фолклендских островов. Судно под командованием капитана дальнего плавания Карлоса Бенчетрита рассекало волны Балтийского моря, совершая переход из Финляндии в Испанию, а 5 апреля уже в Ла-Манше его капитан, включив телевизор, поймал репортаж местного ТВ о торжественных проводах британской эскадры из Портсмута. После захода в Бильбао теплоход, изрядно осевший под тяжестью принятых там грузов, взял курс на юг, к родным берегам. Размеренность океанского плавания была нарушена полученной незадолго до полуночи 19 апреля радиограммой из штаб-квартиры ELMA. Судно в этот момент миновало широту острова Фогу, Кабо-Верде. «Рио де Ла Плата» предписывалось максимально возможным ходом следовать к острову Вознесения, где с расстояния 12 морских миль установить наблюдение за британскими силами. Во второй половине дня 23 апреля Бенчетрит был у цели. В бинокль просматривалась якорная стоянка у Джорджтауна, полная кораблей. Очень кстати оказалось то, что старпом Армандо Бусто прежде служил в военно-морском флоте и достаточно хорошо ориентировался в этом нагромождении надстроек, дымовых труб, мачт и локаторных антенн. По радио были отчетливо слышны переговоры британцев по УКВ между собой и с берегом, благодаря чему удалось установить не только состав находившейся у острова Вознесения корабельной группировки, но и фамилии командиров кораблей и выполняемые ими задачи. Поглощенные своими делами британцы не обратили на пытливого визитера никакого внимания. В конце суток в Буэнос-Айрес ушло подробное донесение обо всем увиденном и услышанном, позволяющее сделать неутешительный вывод, что противник пользуется инфраструктурой американской военной базы для организации передового пункта базирования и снабжения экспедиционных сил, после чего Бенчетрит с чувством выполненного долга повел свое судно домой.

Однако на этом приключения аргентинского теплохода не закончились. Он уже успел отдалиться на 300 миль от острова Вознесения, когда из Буэнос-Айреса была получена новая вводная: вернуться и сфотографировать британские корабли. Учитывая присущее соотечественникам искусство рассказчика, в ведомстве Гирлинга не слишком доверяли донесениям, не подкрепленным фотоматериалами, тем более поступившим от штатских. Описав широкую циркуляцию, «Рио де Ла Плата» ложится на обратный курс. Возвращаться было страшновато, но надо. Теперь аргентинцы приблизились к острову в ночное время, затемнив иллюминаторы и погасив часть ходовых огней, имитируя таким образом рыболовный траулер. Рассвет застал «Рио де Ла Плата» перед Джорджтауном, но намного ближе, чем в предыдущий раз, примерно в трех милях от британцев, как того требовала предстоящая фотосъемка. За неимением длиннофокусного объектива приспособились использовать в качестве оного присоединенный к фотокамере монокуляр – половинку морского бинокля. Произведенная «фотосессия» вызвала оживление в британском стане, но никакого серьезного противодействия опять не последовало, кроме указания поменьше болтать по радио. Очевидно, британцы оказались совершенно не готовы к такому ходу противника и не знали, как на него реагировать, кроме как сфотографировать в ответ, хотя на борту «Рио де Ла Плата» в этот момент у всех душа ушла в пятки, а сам Бенчетрит впоследствии уверял, что слышал, как коммодор Клэпп приказал по радио фрегату «Энтилоуп» перехватить его судно. На самом деле выбор контрмер у британцев был и вправду невелик – захват торгового судна посреди Атлантики грозил международным скандалом. Уже на отходе над «Рио де Ла Плата», ретировавшимся на зюйд-вест, зловеще нависли два вертолета «Си Кинг», «демонстрируя свое вооружение» и назидательно щелкая затворами фотокамер.