Не все офицеры посетили собрание у министра армии. Хатанака и Сиидзаки на нем демонстративно отсутствовали. Проигнорировав приказ Анами, они направились в штаб дивизии Императорской гвардии и заручились поддержкой некоторых офицеров для совершения переворота. Затем Хатанака поехал в штаб Восточного военного округа, чтобы привлечь на свою сторону его начальника, генерала Танаку. Однако Танака гневно обвинил Хатанаку в нарушении воли императора и выставил майора из своего кабинета. Так заговорщикам был нанесен еще один сокрушительный удар[454].

Заседание правительства возобновилось в 16:00. Сакомидзу наконец представил кабинету черновой вариант императорского рескрипта, над составлением которого он все это время работал со своими помощниками. Однако министры, увязнув в бесконечных спорах о том, должно ли это обращение к нации быть утверждено Тайным советом, сделали еще один перерыв в заседании. Часы тикали, а японское правительство тратило драгоценное время на обсуждение юридических формальностей. Примерно в это же время второй полк Императорской гвардии под командованием полковника Тоёдзиро Хаги заступил на дежурство в императорском дворце, которое должно было продлиться до вечера следующего дня, 15 августа. Лидеры мятежников, Хатанака и Сиидзаки, без проблем проникли на территорию дворца вместе с солдатами Императорской гвардии.

Через час министры наконец начали обсуждать текст императорского обращения. Анами предложил внести следующую правку в вариант Сакомидзу: «поскольку военная обстановка становится хуже с каждым днем» должно было быть заменено на «поскольку военная обстановка не становится для нас лучше». Разгорелся ожесточенный спор между Ёнаем, утверждавшим, что Япония проигрывает войну, и Анами, не соглашавшимся с ним. Анами тревожила реакция, которую вызовет императорский рескрипт в офицерской среде, особенно в экспедиционных корпусах. Объявить офицерам Императорской армии о том, что им нужно признать поражение и капитулировать, означало спровоцировать их на нарушение воли императора. Анами хотел подсластить пилюлю, чтобы у его людей была возможность выбраться из этого безвыходного положения. Правительство одобрило поправку министра армии.

Кабинет министров внес еще три изменения в черновик Сакомидзу, одним из которых стало предложение Анами включить в текст обращения выражение «сумев сохранить кокутай». Анами понимал, что принятие ноты Бирнса означало уничтожение кокутай, но для того, чтобы солдаты и офицеры японской армии смирились с поражением, они должны были поверить, что кокутай удалось спасти. Итоговая редакция обращения Хирохито к нации была утверждена в 19:00 и отправлена в Управление по делам императорского двора, где императорский каллиграф составил оригинальный экземпляр обращения императора так, как это было положено по традиции: кисточкой и тушью. В докомпьютерную эпоху весь этот процесс тянулся невыносимо долго. Тем временем правительство приняло решение о том, что речь Хирохито будет зачитана по радио в полдень следующего дня, отклонив предложение Анами отложить передачу этого обращения до 16 августа. Наконец, вскоре после 20:00, переписанный текст императорского рескрипта был доставлен на заседание правительства для последнего утверждения. Затем Судзуки направился во дворец, чтобы получить на документе оттиск личной печати императора. Обращение к нации было готово. Около десяти вечера премьер-министр Судзуки поставил свое имя на оригинальном экземпляре императорского рескрипта, после чего документ подписали и все остальные члены правительства. Когда наступила очередь Анами, в атмосфере собрания повисло напряжение, но министр армии спокойно поставил свою подпись под этим документом[455].