Когда их маневр был разоблачен, большевики впали в отчаяние, несмотря на то что немцы внезапно проявили терпение, позволив военным событиям развиваться своим ходом. Между немецкой армией и городом – сердцем революции не имелось никаких реальных сил. 19 февраля Ленин запросил мира, но немцы не торопились признавать капитуляцию. 21 февраля руководство большевиков, опасаясь за свое существование, воззвало к патриотическим и революционным чувствам сограждан, бросив призыв к оружию под лозунгом «Социалистическое отечество в опасности!» [Sanborn 2003: 42]. Германия сохраняла спокойствие, выдвинув новые требования 23 февраля – к этому дню ее войска продвинулись еще на 250 километров. Требования были немедленно приняты большевиками, но немцы на этом не остановились, потребовав присутствия российской делегации в Брест-Литовске до подписания мира. 27 февраля немецкие аэропланы в первый и единственный раз за время войны бомбили Петроград, вылетая с аэродромов Пскова [Wheeler-Bennett 1939: 265]. Советская делегация, уже без Троцкого, 28 февраля прибыла в штаб-квартиру немцев, где ей выдвинули еще более жесткие условия, в том числе уступку Ардагана, Карса и Батума Османской империи. Немцы хотели создать подкомиссию для обсуждения деталей, однако Советы еще раз отказались действовать дипломатическим путем. Они готовы подписать все, что им предложат, но не собираются далее вести переговоры о навязываемом им мире. В конце концов немцы прекратили свои попытки, и 3 марта 1918 года документ был подписан [Wheeler-Bennett 1939: 265-269].

Брест-Литовский договор стал кульминацией революционных событий, происходивших в течение уже целого года, и ключевым моментом деколонизации Российской империи. В тот год политическим сознанием народов империи Романовых завладели многие проблемы, самыми значительными из них были война и статус империи. Революционная Россия и Центральные державы в статье I объявляли, что «состояние войны между ними прекращено». И что они «решили впредь жить между собой в мире и дружбе». В то же время статьи III—VIII провозглашали конец Российской империи в Восточной Европе. Советская делегация соглашалась, что «области, лежащие к западу от установленной договаривающимися сторонами линии, принадлежавшие раньше России, не будут более находиться под ее верховной властью». Российские органы политической власти и военные силы, уже выведенные из Польши, Литвы и земель Белоруссии, должны покинуть Финляндию, Эстонию, Латвию, Украину, Восточную Анатолию, Карс, Ардаган и Батум. Обе стороны соглашались «уважать политическую и экономическую независимость и территориальную неприкосновенность Персии и Афганистана»[480]. Великая война, в которую Россия вступила, дабы защитить империю, теперь оканчивалась ее разрушением.