«До сих пор наши преемники и еще более молодые сотрудники делали первые шаги, а затем обращались к вам за советом, потому что не могли понять, правильным ли путем пошли. Но сегодня они уже не могут спросить у вас совета».

Гейм-дизайнер Ясуюки Хонне оказался рядом с Сигеру Миямото на похоронах. «У Миямото были припухшие покрасневшие глаза», – написал он позднее[406].

Ивата и Миямото образовали особый творческий тандем во главе Nintendo. Миямото – мечтатель, который мог придумывать безумные новые идеи и интуитивно понимал, как сделать геймплей отличным, а Ивата – бизнесмен и одновременно программист, который мог реализовать эти идеи, а потом сделать так, чтобы они приносили деньги.

«Он – тот человек, у которого нет иллюзий на свой счет, – однажды сказал мне Ивата, говоря о Миямото. – Он знает, в чем его сильные и в чем слабые стороны. И так получилось, что с теми вещами, в которых он не так силен, я как раз могу разобраться гораздо лучше. Он мне доверяет и следует моим решениям, и поэтому, когда речь заходит о каких-то более творческих вопросах, я доверяю ему полностью. Так что я очень рад, что мне удалось встретить такого человека, вести с ним дела и шутить»[407].

Миямото и Ивата оба пришли в Nintendo не самым обычным путем. Миямото – благодаря встрече с Ямаути, которую устроил его отец, а Ивата – по настоянию Ямаути став президентом HAL. Я однажды спросил Миямото, смог бы он устроиться в современную Nintendo сейчас, если бы опять стал тем подростком? Способна ли Nintendo найти и вырастить следующего Миямото?

«Ну, дайте подумать, – ответил он нерешительно. – Я… Думаю, меня бы взяли. Думаю, что все было бы в порядке. Но я часто обсуждаю это с господином Иватой. И иногда он говорит мне: “Знаешь, думаю, если бы я пришел в компанию сейчас, то меня бы на работу не взяли…” Нам нужно понять, как не закрывать дорогу таким кандидатам»[408].

Ивата и Миямото объединились, когда Nintendo была в худшей для себя ситуации, и их партнерство подняло компанию до еще более грандиозных высот, чем раньше. Выше, чем когда-либо удавалось Ямаути.

Теперь же, когда Nintendo готовилась еще раз сделать шаг в неизвестность[409], ей как никогда был нужен такой лидер, но его не стало.

Сигэру Миямото сыграл ключевую роль в развитии японских видеоигр в 1980-е и 1990-е, а Сатору Ивата, несомненно, сыграл такую же роль в последние 10 лет. Став во главе Nintendo, он придумал, озвучил и реализовал план – который близорукие критики презрительно называли «однокнопочные развлечения для тупиц», – чтобы сделать видеоигры доступными для всех. Он последовал нестандартной стратегии, которая не только принесла компании большие деньги, но и навсегда изменила рынок для всех. Ивата мечтал о мире, в котором все играют в так любимые им видеоигры, и в конце жизненного пути его беспокоило разве что то, что его видение оказалось слишком уж пророческим. Планы, основу для которых он заложил перед смертью, могут вернуть Nintendo успех, но он сам этого уже не увидит.