Кестринг явился к Вагнеру в Винницу 10 августа 1942 г. Тогда в районе Винницы находилась ставка Гитлера и располагался штаб оперативного руководства Верховного главнокомандования вермахта. Вагнер жил за городом, вдали от этого осиного гнезда, но демоны поселились у потеющего генерал-квартирмейстера не просто за Южным Бугом, но и положительно в бывшей советской психиатрической больнице. В этих помещениях, клинически чистых, но просторных, Вагнер принял Кестринга и сообщил ему о благоприятных знаках для работоспособной администрации за Доном. Кестринг узнал, что, несмотря на одобрение Гитлером идеи кавказских национальных легионов, существует опасность, что кавказской региональной автономии будет противодействовать управление четырехлетнего плана. Кестринг должен был стать нужным человеком на месте, «который сможет отличить здравый смысл от безумия». Когда, однако, Кестринг спросил Вагнера, думает ли тот, что родина кавказских народов будет когда-либо оккупирована, Вагнер коротко бросил: «Нет».

До середины января группа армий «А» Клейста удерживала северные склоны Большого Кавказа. К этому времени советское наступление к западу от Дона и в направлении Донбасса отрезало эту группу армий от главного фронта так же (почти так же — оставался коридор для отступления под Ростовом-на-Дону. — Ред.), как 6-я армия (и другие соединения) Паулюса была изолирована под Сталинградом. Было приказано отступать к плацдарму на восточном берегу Керченского пролива (а также к Ростову-на-Дону. — Ред.). Таким образом, военное управление в зоне действий группы армий «А» длилось не дольше, чем в районе группы армий «Б» в казачьих землях. Во всем этом было что-то лихорадочное и нереальное. Над рекой Терек уже начинали появляться звезды, в то время как часы офицеров, установленные по берлинскому времени, показывали половину второго часа дня. А жизнь солдат была омрачена ужасающей реальностью. В их сапоги и карманы в огромных количествах забирались мыши. Поезд с отпускниками шел до германской границы десять дней и был увешан гирляндами гусей с Кавказа. Фронт был местами в 1500 км от ставки Гитлера в Виннице, в то же время за плацдармом в Ростове не было ни одной железнодорожной колеи, работающей на немцев (они были выведены из строя отступающей Красной армией летом 1942 г. — Ред.). Колоннам снабжения приходилось преодолевать такие огромные расстояния, что грузовики часто потребляли весь свой запас бензина до того, как добирались до фронта. 5 августа фон Клейст отправил свою знаменитую депешу из Калмыцких степей: «Никаких врагов передо мной, и никаких резервов позади меня».