Для членов временного правительства это заявление было весьма двусмысленным. До сих пор они не претендовали на большее, чем функции администраторов. Однако уже на следующий день надежды на благоприятный поворот событий еще более ослабли. Фельдмаршал Буш доложил, что сотрудничество с Монтгомери становится все более и более затруднительным, и в нескольких случаях его подвергли унизительному обращению.

17 мая газета «Дейли скетч» сообщила о пресс-конференции генерала Клея, на которой он заявил, что одной из первых задач является осуждение военных преступников. Дёниц, Геринг, фон Рундштедт и Кессельринг вместе с другими известными национал-социалистами будут сняты с их нынешних постов и заключены в тюрьму в ожидании приговора, который будет вынесен им как военным преступникам.

Также 17 мая газета «Дейли экспресс» опубликовала заявление Роберта Мэрфи о том, что германское правительство не признано, а Дёниц рассматривается как представитель германского Верховного командования. Задачей последнего является разоружение и демобилизация германских вооруженных сил. Когда этот процесс будет закончен, Верховное командование будет распущено. Мэрфи также заявил, что Дёниц считается военнопленным.

Однако в тот же день 17 мая состоялась встреча между Дёницем и Мэрфи. Неизвестно, прочел ли гроссадмирал заявление Мэрфи заранее. Но что наверняка, так это то, что в результате этой встречи Рукс и Мэрфи обратились к Эйзенхауэру с рекомендацией об увольнении Дёница и правительства. Рукс также пришел к этому заключению в результате изучения деятельности Дёница; он считал, что существование какого-либо германского правительства серьезно препятствует реализации планов союзников. После их самой первой встречи Рукс доложил в штаб Верховного командования союзных экспедиционных сил о ссылке Дёница на необходимость центральной германской власти в Германии. Но перед этим, решив порекомендовать увольнение правительства, Рукс хотел посоветоваться с Мэрфи; они были знакомы друг с другом уже более двух лет, работая вместе в штабе союзных сил, Лондоне, а потом в Касабланке, Оране и Алжире. Рукс соответственно запросил Беделла Смита о том, может ли Мэрфи приехать в Фленсбург. Когда поэтому Дёниц разворачивал свои идеи об угрозе большевизации Европы, и Рукс, и Мэрфи согласились, что сейчас настал момент положить конец деятельности «фленсбургской группы». Особое подозрение у Рукса вызывал тот факт, что Гиммлер все еще находился в бегах. Он допускал мысль, что Дёниц и правительство занимаются укрывательством рейхсфюрера. Поэтому дальнейшее сотрудничество с ними исключает всякое доверие и осложняет планы союзников о наказании военных преступников и денацификации Германии.