Так стоит ли тогда заниматься изучением этого периода? Я считаю, что стоит — по причинам, которые содержатся в ответах на два вопроса.
Во-первых, правильным ли в ретроспективе будет вывод о том, что арест фленсбургского правительства в обязательной мере отметил начало курса лечения, предписанного союзниками, то есть обязательного самоанализа и изучения самого себя?
Ответ на это содержится в следующих моментах: идеях и предложениях Дёница и его правительства, самом факте, что были удалены лишь самые одиозные нацисты, а также признаках, появившихся еще до окончания войны, что в основе политики будет сохранение нацистов на ведущих постах и что в результате получится нацистский режим во втором издании, а разбавленное «государство фюрера» все еще будет обладать несоразмерным ему парламентским контролем. Это могло осложнить процесс самоочищения немецкого народа.
Допуск представителей ОКВ и некоторых членов правительства мог бы фактически осложнить ситуацию и увеличить опасность Третьей мировой войны.
В свете этих рассуждений отстранение от дел правительства и ОКВ было правильным шагом — хотя то, в какой форме это было совершено, — нет.
Второй вопрос: если бы Дёниц был более осторожным в своих политических высказываниях об угрозе коммунизма в Европе и если бы он ввел некоторые элементы демократии, смог бы он продлить существование какой-то централизованной германской власти и тем самым предотвратить раскол рейха? Этот аргумент выставляется против Дёница и его сторонников.
Любое подобное действие лежит вне политического осмысления причастных к нему лиц. Предположим, однако, что централизованная германская власть продолжила бы свое существование либо в форме временного правительства, либо иного правительства, расширенного включением в него демократических представителей. Даже в этом случае оно вряд ли было бы эффективным инструментом, ибо стало бы объектом перетягивания каната за влияние над собой; Германия в этом случае не только превратилась бы в ставку в игре времен холодной войны, но и неизбежно получила бы клеймо поджигателя в ней. Разорванная тем или иным образом между Востоком и Западом, любая германская власть была бы вынуждена делать выбор между одной или другой стороной. Соперничающая сторона устанавливает в этом случае контррежим, и дела идут во многом так, как это и произошло на практике, где каждая сторона цепляется за свой собственный сектор и устанавливает в нем такие личности и системы правления, какие ей по душе.
Возможно, поэтому можно вывести следующую гипотезу из междуцарствия Дёница: даже Федеративная Республика Германия (созданная 20 сентября 1949 г. на территории зон оккупации западных союзников.