Астрология была очень уважаемой наукой. Папы римские спрашивали советов у астрологов. Например, о дне своего коронования, как Юлий II, или о своей болезни, как Иннокентий VIII. Людвиг Пастор в своём фундаментальном труде по истории папства упоминает о библиотеке Ватикана во времена Сикста IV. Он пишет, что в ней насчитывалось 19 томов по геометрии и астрологии латинских авторов и 49 томов по астрологии греческих авторов.

То, что влияние планет существует и ответственно за достаточно тонкие земные явления, сомнению не подлежит. Многое в строении человека определяется физическими характеристиками планеты Земля. Воздействие Луны на организм человека тоже не оспаривается. Вопрос только в степени влияния и возможности расчета движения звёзд и планет для оценки этого влияния. Ещё Аверроэс указывал на чрезвычайно большое количество всевозможных положений звезд, затрудняющее расчёты.

Позднее, знакомая нам медицинская практика вытеснила астрологический подход по одной простой причине: она работает гораздо эффективнее. Спокойному взгляду на астрологию мешают прошлые претензии астрологов на всеобъемлющие объяснения и чрезвычайная легкость, с которой эта наука оказывалась в руках шарлатанов. К тому же занятия астрологией не очень отличали от занятий магией, что повлияло на последующее презрительное к ней отношение.

В христианском мировоззрении с самого начала заложено противоречивое отношение к чуду. С одной стороны, деятельность по созданию чудес, а заодно и поиск чудесных средств, осуждалась как смертный грех гордыни, а с другой стороны – чудеса были частью святости. Вспомним хотя бы медицинские подвиги святых. Магию преследовали не потому, что в неё не верили, а потому, что она не была богоугодным делом.

Итак, Пьетро Абано был не только знаменитым врачом, но и знаменитым астрологом. Астрология в те времена делилась на астрологию движений (физическая астрономия) и предсказательную астрологию, целью которой были всевозможные предсказания – от всемирных катастроф до погоды и критических дней болезни человека.

В XIII веке в Европе медицина оформилась как наука. Кроме старого медицинского центра в Салерно её преподавали в Болонье, Падуе, Монпелье, Париже. В Европе появилось огромное количество новых материалов арабского и византийского происхождения. Новые знания требовалось привести в порядок. Задача усвоения включала в себя не только перевод текста, но и разъяснение непонятных мест и критику. С арабскими и византийскими медицинскими текстами стали поступать так же, как с теологическими текстами, видимо, частично переняв методику схоластов, – их комментировали и писали разъяснения.